Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 56 – Daria Tetslova

— М-мамочка… — девочка на руках у Влада вдруг начинает плакать ещё сильнее. Её тонкие ручки судорожно цепляются за его шею, а маленькое тело дрожит.

Влад, сжав её крепче, отходит чуть в сторону, пытаясь успокоить.

— Она… хлюп… т-там… хлюп… на втором этаже… — наконец выдавливает Алина, заикаясь от рыданий, и дрожащей рукой указывает на дом.

Моё сердце сжимается. Второй этаж почти полностью охвачен пламенем, и каждый миг кажется бесконечно долгим. Время уходит, а я стою, будто парализованный, не веря, что она сейчас где-то там, в этом аду.

Срываюсь с места, не думая, не чувствуя ничего, кроме отчаянной необходимости действовать. Бегу к дому, но дверной проём обвалился — путь внутрь отрезан. Слышу крики позади, кто-то зовёт меня, но я не могу остановиться. Оббегаю дом, и взгляд цепляется за разбитое окно на втором этаже. Там нет огня. Значит, очаг возгорания на первом этаже, иначе бы весь второй уже был охвачен пламенем.

Осматриваюсь, лихорадочно ищу хоть какую-то возможность добраться до окна. Вижу дерево — его ветви тянутся почти вплотную к окну. Сердце колотится так, что кажется, оно вот-вот выскочит из груди, но я заставляю себя сосредоточиться. Выдохнув, стараюсь заглушить страх, который гудит в голове. Подпрыгиваю, хватаюсь за крепкую ветку и, напрягая каждую мышцу, подтягиваюсь. Лезу выше, чувствуя, как горячий воздух обжигает кожу, но я не останавливаюсь.

Слышу снизу крики, опускаю взгляд и вижу подбежавшего Никиту.

— Идиот, ты чё сдохнуть решил? — выплёвывает зло он, хватаясь за голову. — Сейчас пожарка приедет, не дури, слезай!

— Пока они приедут, здесь уже будет пепелище, и тушить нечего, молчу уже о жизни человека! — бросаю ему через плечо, больше не отвлекаясь.

Всё в дыму. Видимость нулевая. До окна приличное расстояние, так просто не подобраться. Только прыгать. Но вероятность того, что ветка выдержит мой прыжок, ничтожно мала. Выбора больше нет. Осторожно становлюсь на ветку, которая уже кажется хрупкой, как соломинка, и бочком начинаю двигаться.

— Блять, Игорь!!! — слышу выкрик Никиты, одновременно с треском ветки.

Всё происходит слишком быстро: я чувствую, как теряю опору, и без раздумий прыгаю вперёд, протягивая руки к окну...

Держусь за оконную раму, повиснув на высоте второго этажа. Ветка всё же не выдержала моего прыжка и сейчас валяется на земле, но я успел зацепиться за деревянный отлив окна. Руки дрожат, но я не отпускаю, не знаю, что может меня заставить сейчас отпустить этот кусок дерева.

Подтягиваюсь на руках, створка окна открыта, и мне в лицо выдувает из дома густой, чёрный дым. Он обжигает лёгкие, выжигает глаза, заставляет закашляться так, что кажется, я сейчас выплюну наружу свои лёгкие. Но я не сдаюсь.

С усилием протискиваюсь в окно и заползаю в комнату. Задымление сильное, воздух густой, как смола, и совершенно ничего не видно. Локтем прикрываю лицо, пытаясь хоть немного защититься от едкого дыма, и, прищуриваясь, осторожно передвигаюсь по комнате. Каждый шаг даётся с трудом, но я не могу остановиться.

Ну же, Олеся, подай знак, где ты! Сердце беспрерывно колошматится в моей груди от беспокойства.

— Кхх… кххх. — резкий звук заставляет меня замереть. Он доносится слева, приглушённый, но отчётливый. Я тут же бросаюсь на звук, стараясь не терять ни секунды.