Книга Осколки наших разбитых сердец, страница 45 – Daria Tetslova

Её слова застывают в воздухе, а я, пытаясь осмыслить услышанное, молча смотрю на неё.

Её слова застывают в воздухе, а я, пытаясь осмыслить услышанное, молча смотрю на неё. Внутри всё переворачивается. Влад, зная, что Игорь сделал, просто приглашает его, будто ничего не произошло? Это как плевок в лицо.

Алина продолжает смотреть на меня, её глаза полны тревоги, словно она боится, что я сейчас сорвусь. Я вижу, как ей тоже тяжело — на одной стороне подруга, на другой муж.

Отвернувшись в сторону леса, я продолжаю стоять на месте, пытаясь собрать мысли. Ветер шевелит верхушки деревьев, но внутри меня всё застыло. Я понимаю, что это наши личные тёрки с Игорем, но ведь он же и с ребятами перестал общаться. Или не переставал? Тогда это просто удар в спину от Влада. Если это так, то он врал мне все эти годы, утверждая, что не поддерживал связь с Игорем после его отлёта. Потому что иначе я не вижу причин после стольких лет приглашать его на свой мальчишник.

— Олесь, прости, я правда ничего не знала, — тихо проговорила Алина, её голос дрожал, словно она боялась, что я не поверю.

Я оборачиваюсь к ней, смотрю прямо в глаза. В них нет ни тени лжи, только искренность и боль. Боль за меня и Ладу.

— Я верю. Я знаю, что ты меня не предашь, как и я тебя никогда не предам, — отвечаю я, и Алина подходит ближе, осторожно обнимает меня.

Мы так стоим в тишине несколько минут, пока нас не прерывают Лена с Ладой, которые вышли на улицу, явно недоумевая, что нас так задержало. Их голоса возвращают нас в реальность.

Взяв пакеты, заходим в дом — деревянный, маленький, но невероятно уютный. В зале стоит камин, напротив него — мягкий диван, а на полу лежит шкура какого-то животного, уже сложно понять, кем оно было при жизни. Всё вокруг пропитано теплом и спокойствием, словно этот дом создан для того, чтобы забыть о суете и просто наслаждаться моментом.

На кухне всё выполнено в том же стиле — деревянный стол, стулья и гарнитур. Мы начинаем разбирать пакеты, а Лада, как всегда, ищет свою "запрещёнку". Её хитрость победила мою строгость, и, конечно, Лена, разрушив мой родительский авторитет, успела набить пакеты конфетами и шоколадками.

— Ладусь, сладкое после еды, — напоминаю дочке, стараясь сохранить хоть остатки дисциплины.

— Ну можно одну? — просит Лада, сложив ладошки и глядя на меня глазами, которые невозможно игнорировать.

Где она научилась этому трюку? Словно кот из "Шрэка", она пользуется этим приёмом, чтобы добиться своего.

— Хорошо, до ужина ещё пару часов, поэтому можешь взять одну сладость, — сдаюсь я, понимая, что сопротивляться бесполезно. Лада радостно взвизгивает, бросается к пакету и вытаскивает… огромную шоколадку.

— Откуда это? — смеюсь я, глядя на её хитрую улыбку. Лада продолжает хлопать глазками, будто ничего не произошло, а я только поражаюсь её умению быть одновременно невинной и коварной.

Лена и Алина заходят на кухню, и, увидев размеры шоколадки, Алина восторженно охает, а Лена, напротив, опасливо отступает от меня на шаг.

Ну вот и понятно, как эта гигантская шоколадка прошла мимо меня.

— Ничего себе, шоколадка! — улыбается Алина, с интересом разглядывая гигантскую плитку. — Её хватит, чтобы весь садик угостить.

— Лада, у тебя животик заболит, если ты её всю съешь, — присаживаюсь на корточки перед дочкой и мягко объясняю. — Давай мы эту шоколадку уберём, а ты выберешь что-то поменьше. Например, небольшую конфетку. — предлагаю я, осторожно забирая у неё огромную плитку, которая даже у меня в руках едва помещается.