Книга Без страха и упрёка, страница 102 – Андрей Земляной

— Условный противник?

— Остальные члены группы и несколько инструкторов центра. Они знают местность и получили собственную задачу. Стрельба холостыми, ножи учебные, попадания и потери определяют посредники. Если вас возьмут, сопротивляться после команды посредника не нужно. Это проверка, а не повод сломать кому-нибудь шею.

Штурмин встал.

— Задача будет учебной или приближённой к реальной?

— Любая задача становится реальной, когда человек допускает ошибку, — ответил Тихонов. — Через сорок минут будете у северных ворот.

Старшина принял «Маузер», «Вальтер», окопный нож и ящик с патронами по подробной описи. Взамен Алексею выдали обычную винтовку Мосина, «Наган», две гранаты с учебными запалами, компас, бинокль, плащ-палатку, индивидуальный пакет и небольшой вещевой мешок.

Оружие было исправным, но чужим.

Винтовка имела потёртый приклад и тугой спуск. Курок «Нагана» на самовзводе шёл тяжело. Алексей проверил стволы, работу механизмов и ремни, после чего осмотрел предложенное дополнительное имущество. На столе лежали кусачки, моток провода, верёвка, фляги, сухой паёк, сигнальные ракеты, сапёрная лопатка, фонарь и несколько других вещей.

Брать всё не имело смысла.

Он выбрал верёвку, кусачки, две фляги, запасной индивидуальный пакет и небольшой фонарь, который сразу завернул в ткань, оставив узкую щель для света. Потом ещё раз проверил карту.

Участок находился в лесу севернее центра. На ней были обозначены старая кирпичная мастерская, заброшенный хутор, просека, ручей и железнодорожная ветка. Красным карандашом отметили предполагаемый командный пункт условного противника.

В четырнадцать часов оттуда должна была выйти штабная машина с пакетом. Задача группы состояла в том, чтобы установить маршрут, захватить пакет и доставить его в учебный центр до двадцати часов. Поднимать тревогу до захвата запрещалось. Уничтожение командного пункта, машины и охраны в задачу не входило.

У северных ворот ждали трое.

Первым оказался невысокий черноволосый капитан с худым лицом и внимательными тёмными глазами.

— Сарик Восканян, снайпер и наблюдатель, — представился он. — Местность видел только на карте. В этом районе не работал.

Высокий лейтенант назвался Семёном Сулакшиным. Он нёс переносную радиостанцию и отвечал за связь.

Третьей была светловолосая женщина лет тридцати в офицерской гимнастёрке. Военврач Катерина Горелова сообщила, что идёт как стрелок и медик группы.

Ни один из них не проявил особого любопытства к наградам Штурмина и не стал спрашивать о Сталинграде.

Алексей разложил карту на пне.

— До командного пункта около двенадцати километров по прямой, но прямой маршрут проходит через просеку и мост, которые противник наверняка взял под наблюдение, — объяснил он. — Пойдём севернее, вдоль ручья. К исходному району должны выйти не позже половины первого. Сарик идёт впереди на удалении, Семён держится в середине, Катерина замыкает и следит за тылом. До обнаружения противника связь только жестами. Радиостанцию включаем в установленное время или при изменении задачи.

— Контрольный сеанс назначен на двенадцать тридцать, — сообщил Сулакшин. — Резервный — через час.

— Если станция откажет, пакет всё равно несём сюда, — продолжил Штурмин. — При разделении место сбора — каменный мостик через ручей, в двух километрах севернее хутора. Ждём до двадцати минут, затем выходим самостоятельно. Документы передаём тому, у кого больше шансов добраться.