Книга Медь и мёд, страница 201 – Яна Лехчина

— Да что ты. – Губы девушки изогнулись в улыбке. – А я думаю, что ты шёл именно ко мне.

Юрген поражённо застыл.

— Я искал госпожу Кетеву.

— Я знаю. – Девушка повернулась к нему. – И я тебя слушаю.

Юрген открыл было рот, но так ничего и не сказал. Обрывки мыслей медленно сложились в единое полотно.

— Ты – госпожа Кетева? – спросил Юрген недоверчиво.

Он думал, что Кетева окажется маленькой и болезненной, с дрожащими пальцами – так ведь представляют колдуний, чей разум изломался настолько, что из белой пуночки она превратилась в чёрного грача?

Её глаза – бездонные, влажно-карие – остановились на лице Юргена.

— А ты – пёс Йовара, – заметила она, и Юрген понял, что это не вопрос.

— Я свой собственный пёс, – буркнул зачем-то. – Меня зовут Юрген.

Только тут он сообразил, до чего же её черты – нос, губы, овал лица – были похожи на черты Грацека. Будто шили по одним лекалам.

Кетева вежливо посмеялась.

— Нет, – сказала она. – Пока ты ещё сам не свой.

Она поднялась. Выплыла на середину комнаты, села на бортик бассейна и указала Юргену на место рядом с собой. Тот подчинился – заворожённый, он покорно устроился на прохладном мраморе.

Кетева смотрела на него, но казалось, прорезала взглядом его разум, мышцы и кости, и Юрген всё не мог оторваться от её глаз. Они темнели загадочно и маняще, но при этом казались… пустыми. И что-то в них было от любопытного взгляда птицы.

Да, понял Юрген. Она не в себе – но совсем не так, как он ожидал.

— Вопросы? – спросила Кетева. Она легонько коснулась пальцем водной глади. Появилась слабая рябь.

Юрген облизал губы.

Он забыл, что собирался спрашивать, – так его удивила Кетева. Теперь она казалась ему не несчастной умалишённой, но девой, спустившейся с фресок в старых кумирнях, которые теперь посвятили Перстам. Из-за освещения казалось, что её окружало сияние, а в её глазах – духи, снова он про глаза!.. – растворялись кусочки сусального золота.

— У нас не так много времени.

— Да, – хрипнул Юрген. – Да… Ты знаешь, кто создал чудовище?

Кетева разочарованно поджала губы. Вновь погладила воду.

— Ты и сам это знаешь. Конечно, Йовар.

Юрген оторопел.

— То есть?

Кетева просто пожала плечами.

Рябь в бассейне усилилась, расползлась кругами по всей поверхности, и теперь дрожало даже лунное отражение посередине.

Юрген вспомнил, как говорила Кажимера: слова Кетевы тяжело толковать. «У колдовства есть цена, и за свои способности Кетева заплатила здоровым рассудком».

— А кого ты имеешь в виду под чудовищем? – Юрген сощурился. – Волка?

Казалось, это её позабавило.

— Ну, – она усмехнулась, – можно и так сказать.

Юрген ухватился за это. Вспомнил слова Мала о чародее-мстителе.

— Ты говоришь про человека, да? – Он подался к ней, почти коснулся плечом её плеча. – Йовар сделал что-то, что превратило одного чародея в чудовище? И поэтому тот чародей разозлился и создал Сущность из Стоегоста?

Она наконец-то оторвала взгляд от бассейна.

— Не каждый волк – чудовище, – сказала она ему, точно объясняя ребёнку прописную истину. – Но то чудовище, которое создал Йовар, до этого было волком.

Юрген не помнил, когда чувствовал себя таким же недалёким.

— Это Чеслав? – спросил он в лоб.

Кетева заправила за ухо волнистую прядь.

— Что, прости?

— Чеслав, – повторил Юрген, прочищая горло. – Это он создал Сущность из Стоегоста?