Книга Немезида ночного ангела, страница 351 – Брент Уикс

Я не гожусь в отцы. Я сам ненамного перерос ребенка. Но я не могу бросить мальчика. Я был сиротой и не дал бы скитаться по улицам сыну моего врага, не говоря уже о моем собственном сыне. Я не могу позволить этому миру разодрать мальчика на части, покалечить, как он покалечил меня.

Но что происходит сейчас? Неужели Дженин намекала, что приемный отец не хочет возвращать малыша? Ведь его исчезновение решило для Логана множество проблем. Усыновляя близнецов, Логан действовал из лучших побуждений, но в будущем это решение грозило его семье раздором. Примет ли он ребенка обратно?

Конечно, ведь мой друг не способен на низость.

Хотя… Кто я такой, чтобы судить, на какие низости способны другие?

Ах, говорите, я ночной ангел? Тот, кто взвешивает души людей на совершенных весах правосудия?

Когда я в последний раз заглядывал в глаза Логана и взвешивал его душу? Заглядывал ли я в них вообще? Или я слишком боялся увидеть моего друга нагим на скамье подсудимых?

Даже если я увижу его, откуда мне знать, насколько совершенны мои способности и суждения? Ведь каждый человек старается склонить чашу весов в свою сторону, и многие этого даже не осознают. Кто сказал, что я не поступлю так же?

Я всхлипываю, делаю для этого глубокий вдох, и мои ребра хватаются за эту возможность: кость трется о кость, и обломки с щелчком соединяются друг с другом.

Я ахаю, мое дыхание перехватывает, меня начинает рвать, отчего боль пронзает мое тело в тысяче мест и сплетается в невыносимую агонию.

Проходит время. Я неподвижно лежу на каменном полу, дышу часто и неглубоко, как раненый зверь, вижу перед собой только железные прутья клетки. Руки скованы у меня за спиной.

Сын. Раз у меня есть сын, значит, какая-то частичка Элены еще жива.

А его недостойный отец валяется на полу. Отец, который его подвел, который дал врагам выкрасть сына из хорошей жизни и, возможно, уже не сможет это исправить.

— С возвращением. – Стул скрипит, когда сидящий на нем великан подается вперед.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Король Рефа'им сидит за прутьями моей клетки в тесной, набитой людьми комнате. Вид у него такой, словно он долго ждал, давая мне поспать.

По старой привычке я замечаю рядом с ним магов. Их шестеро, стоят плечом к плечу друг с другом и с двумя телохранителями, шеи которых толще моей талии. Все внимательно следят за мной, как будто сломленный человек за решеткой может им чем-то угрожать.

— Не знаю, поверишь ты в это или нет, Кайлар Стерн, но я тебя недооценил… и я еще ни разу в жизни не был так рад ошибиться. Ты можешь поверить в то, что я пытался тебя убить?

— Могу, – хрипло выдавливаю я. – Своими глазами это видел.

— Брось переводить все на себя. Я имел в виду другое: можешь ли ты поверить, что я пытался тебя убить? Я! Тот, кто за версту чует в человеке потенциал. И я чуть от тебя не избавился!

Я сажусь, приваливаюсь больной спиной к стене, которая совсем рядом. К резкому запаху моей рвоты примешивается вонь застарелой мочи и немытых тел. Похоже, алитэрское чистоплюйство не распространяется на их карцеры.

Рефа'им произносит:

— Приведите мага.

Солдат распахивает люк в полу и спускается по крутой лестнице вниз, на другую палубу. Судя по кислому смраду нечистот, который доносится из люка, там находится еще более грязный этаж карцера. Приятно осознавать, что со мной они еще обходятся хорошо.