Книга Немезида ночного ангела, страница 332 – Брент Уикс

Но это может подпортить ему репутацию. Вряд ли императрица обрадуется, если увидит, как ее новый король держит за решеткой младенца. К тому же этим Рефа'им покажет, что напуган. А он вряд ли захочет, чтобы кто-нибудь так подумал.

Но наверняка я ничего не знаю. Пока что.

Кстати об опасностях: если Виридиана права и обнуляющую волну наслал Кейдан, то на кой черт Рефа'им притащил ребенка, уничтожающего магию, на корабль, который держится на магии? Неужели он не знает о способностях Кейдана?

С другой стороны, лучшим Целительницам Часовни понадобилось немало времени, чтобы понять дар мальчика, а значит, и Рефа'им мог догадаться о нем не сразу.

Похоже, ему катастрофически не повезло. Жаль только, не ему одному. Мне ведь тоже приспичило запрыгнуть на этот корабль, верно?

Что же он собирается делать с ребенком? Если ему неизвестно об обнулении магии, возможно, он думает, что мальчик унаследует способности отца? Насколько я знаю, у талантливых родителей дети с талантом рождаются чаще, чем у обычных людей, но все равно не часто. Возможно, Рефа'им что-то увидел в мальчике своими странными глазами? Возможно, понял, что в нем есть талант?

Вдруг я холодею. Когда я спросил у Рефа'има, где мальчики, то решил, что он пропустил мой вопрос мимо ушей, потому что он начал разглагольствовать о том, как превратить человека в совершенное оружие, как сломить его, искалечить, приспособить под одну-единственную цель и как оставить ровно столько человечности, чтобы им можно было управлять. Неужели он намеревается сделать это с ребенком?

Если на этот вопрос и существует ответ, его я тоже не знаю.

Вскоре ноги относят меня обратно к каюте Виридианы. На моем сердце неспокойно. Я скучаю по ней. С чего это вдруг? Мы только что виделись! Но вместе с желанием поскорее увидеть ее, я чувствую страх. Я все испорчу. Всякий раз, когда что-то идет слишком хорошо, я понимаю, что это ненадолго.

Кроме того, Ви уже доложилась сестрам. Кто знает, что ей приказали со мной сделать? Она теперь одна из них. Даже если я ничего не испорчу, мы вряд ли сможем оба выбраться отсюда и остаться хотя бы друзьями. Потому что одни сестры хотят отомстить мне за ту маленькую шалость, которую я разыграл с их председательницей, а другие жаждут поймать и разобрать меня по косточкам – кто-то в метафорическом смысле, а кто-то и в буквальном.

Сестра Часовни не может быть моим другом. И уж точно не может быть больше чем другом.

Я останавливаюсь в коридоре напротив ее каюты. Нужно пройти мимо. Мне здесь нечего ловить. Если я войду внутрь, то либо что-нибудь испорчу, либо что-нибудь испортит меня. Как говорил гранд-мастер Витрувий, на этом корабле мне не победить.

«Пожалуйста, скажи мне, чтобы я прошел мимо двери».

~– Кайлар, иди дальше.~

«Спасибо. Ты прав».

Приняв решение, я сразу же чувствую себя намного лучше. Затем открываю дверь и вхожу внутрь.

— Планы изменились, – произносит Ви, закрывая дверь в каюту и запирая ее на засов. Она переносит на стол стопку одежды, не оборачивается. Говорит: – Пуговицы.

Сейчас слово больше похоже на приказ, и мне это не нравится; однако я чувствую, что случилось что-то неладное, поэтому подхожу ближе и расстегиваю пуговицы. Ви раздевается так, будто она одна в комнате, оглядывает платье, затем аккуратно вешает его. Стягивает с себя нижнее белье, невозмутимо кладет его в мешок с грязными вещами, затем подходит к зеркалу и стирает косметику – причем все это она проделывает совершенно голая и безо всякого стеснения.