Книга Немезида ночного ангела, страница 235 – Брент Уикс

А я в самой гуще событий. Вляпался по уши.

И не вижу, как отсюда выбраться.

Во мне бурлят чувства, а я безмолвно стою вместе со всеми, хотя по залу проносится восторженный, полный предвкушения, шепот. Слуга подает королю Рефа'иму меч. Нет, не меч – металлический жезл? Люди отворачиваются от короля и смотрят в конец зала.

На меня? В один миг мое сердце замирает. Лишь затем я вижу, что они глядят не в мою сторону, а куда-то над моей головой.

Король Рефа'им вставляет жезл в пол. Нет, не жезл – рычаг. Рефа'им жестом указывает на него, как будто спрашивая толпу, потянуть за него или нет.

Толпа одобрительно ревет.

Вот он, его миг славы. Рефа'им наслаждается им, затем наваливается на рычаг.

На стене за его спиной появляется доселе незаметная щель, после чего она распахивается, как дверь в ночь, такая широкая, что через нее смогли бы пройти три воловьи упряжки.

Я смотрю туда же, куда все, и сверху, с какой-то потайной галереи над Залом Посвященных, к нам устремляется нечто огромное. Оно пикирует вниз… и пролетает мимо, надо мной, и затем над толпой. Что-то пернатое, сине-желтое.

Я вздрагиваю вместе с половиной гостей и чуть не призываю свой талант, готовясь сражаться, – но это не орел; это человек, привязанный к рамам, которые висят под двумя широкими, жесткими крыльями. Сразу за ним спускаются еще двое, на крыльях поменьше.

Передо мной молодая дама хватает свою соседку и визжит от восторга:

— Крылопланы!

Огромный орел проносится над всем залом и вылетает в ночь, проскользив всего в нескольких футах от короля Рефа'има. Когда он оказывается снаружи, во тьме, на ногах пилота загораются два сигнальных огня: синий и желтый. Цвета Рефа'има.

Несколько секунд спустя я слышу далекие радостные крики, которые пробиваются даже сквозь шум крепнущего ветра. Затем в ночь вылетают и другие крылопланы, которые сворачивают налево и направо, после чего тоже зажигают синие и желтые огни.

Я запоздало понимаю: так они объявляют всем на нижних ярусах, на пристани и в городе, кто стал новым королем.

Неожиданно в дверях за моей спиной начинается суматоха: в зал вбегают слуги с напитками, блюдами и столами. Начинается праздник, который должен продлиться всю оставшуюся ночь и завершиться перед зарей, когда дворяне наконец пересекут верхний мостик и поднимутся на штормоход.

Слугам на широкой пристани внизу придется остаток ночи трудиться и грузить вещи нужных дворян. Не сомневаюсь, прямо сейчас надсмотрщики ищут в своих записях самый маловероятный план действий, озаглавленный именем лорда Рефа'има.

Когда императорские слуги устремляются в Зал Посвященных, десятки посыльных уже толпятся у выходов, чтобы передать новости наружу.

Меня окружает неспокойное море взволнованных лиц – затравленные взгляды тех, для кого только что случилась настоящая катастрофа, легкое разочарование других и жадный восторг третьих.

Я стараюсь раствориться в толпе, отойти к очереди посыльных, стремящихся покинуть зал, но не могу оторвать глаз от человека, который занимает почти всю сцену. Он будто стал больше. От него исходит осязаемая сила. Я вижу, как он нетерпеливо подгибает пальцы опущенной руки, едва заметно подзывая кого-то.

Императрица возвращается к середине помоста и собирается сойти вниз, к толпе. У ступеней она останавливается, поджидая короля Рефа'има.