Книга Немезида ночного ангела, страница 204 – Брент Уикс

— Неужели слугам сообщают, кто поплывет на корабле? – с удивлением спрашиваю я.

Я думал, что до рассвета никто не узнает, кто поедет с императрицей. Но, наверное, это невозможно. Разве у них получится отправиться в путь на рассвете, если никто не знает, чей багаж нужно к этому времени погрузить? А дворяне никогда не путешествуют налегке.

— Полный список есть только у смотрительницы замка, и она пополняет его всю ночь, когда этого просит императрица. Ни одному слуге не позволено грузить вещи его господина. Все разделены, – проговаривает Пухляш. – Как вы можете этого не знать? Из какой глуши вы приехали?

Я ласково сжимаю руку, и он подавляет еще один вскрик.

Да, я засунул ее прямо ему в штаны. Кожа к коже. Мешочек в ладошке. С виноградинками, которые почти усохли до изюминок.

Нет, наслаждения мне это не доставляет. Внушать ужас убийцам и бандитам – признаюсь, это я порой люблю. Благородного в таком удовольствии мало, зато не надоедает. Но пугать идиота, который мне просто нагрубил? Нет, это мне не нравится.

~– Вообще ни капельки?~

Ну, может быть, чуть-чуть. Однако я осознаю, что мои поступки отвратительны и неправильны.

А этот поступок далеко не самый отвратительный из всех, что я делал.

— Сейчас я вас отпущу, – говорю я. – И вам сразу же захочется совершить ошибку. Поэтому… перед тем, как позвать стражу, поразмышляйте несколько секунд вот над каким вопросом: вы в самом деле хотите, чтобы окружающие вспоминали эту историю и хихикали над вами всякий раз, когда кто-нибудь упомянет ваше имя? А ведь они будут хихикать и думать о ваших изюминках… всю вашу жизнь.

Я улыбаюсь ему.

Он бледнеет и еще больше сжимается.

— Изюминках?

Естественно, за весь разговор он ни разу не обратил внимания на то, что делает моя правая рука.

— И последнее, – говорю я. – Вы не могли бы предельно вежливо обслужить мою дорогую подругу? – я кивком указываю на леди в очереди. Улыбаюсь и подмигиваю ей. Все это время она завороженно глазела на нас.

Ее веер начинает двигаться с удвоенной скоростью.

— Изюминках?! – повторяет слуга.

— Ну крепкими яйцами их точно не назвать, правда ведь? И даже до виноградинок они не дотягивают. – Я убираю руку и изящно вытираю ее о платок.

— Советую вам послушаться моего друга, Изюминка, – говорит леди, широко улыбаясь мне. – А вы… позже, если не будете заняты…

Я улыбаюсь, снова подмигиваю ей и ухожу.

~– Что-то тебя потянуло на безрассудство.~

«Риск был полностью просчитан».

Ну ладно, может и не полностью.

Я тяжело вздыхаю. Не стоит так сильно испытывать удачу и тратить ее на малозначительные мелочи.

Но я его достал. Времени понадобилось слишком много, но я стянул с запястья Изюминки браслет с желтыми камнями. Желтый – значит из императорской челяди. Еще и с тремя камнями – значит, с высоким уровнем доступа. И у меня получилось снять браслет, не погасив свечение.

Не знаю, хватит ли его на задуманное, но это уже что-то.

Не теряя больше времени, я иду к двери для слуг; проходя мимо столика с напитками, хватаю с него лист пергамента, затем поднимаю руку, чтобы показать браслет и закрыть лицо, которое я уже опустил, словно что-то читаю.

Я прохожу через небольшую раздаточную. Здесь трудится орава измученных слуг; они действуют слаженно, как оркестр: су-шефы выдают подносы с канапе, кто-то быстро раскладывает на сервировочные тарелки готовые блюда; красивые разносчики, мужчины и женщины, стоят в очереди, поправляют друг другу костюмы и прически, промакивают пот, что-то припудривают, опрыскивают духами, сплетничают и предупреждают о проблемных гостях. О самых злостных нарушителях докладывают гвардейцу, который передает имена протоколисту, чтобы их записали.