Книга Ты ворвалась в мою жизнь непрошено… Всё, возможно, будет не так, уж, и плохо!, страница 62 – Ирма Гринёва

— Обращался разок. Или не помнишь? – усмехнулся Сергей.

— Так выходит я виноват, что ты человека убил?

— Гад он был, курва продажная. Сам же нам своего хозяина заложил, а потом решил от меня избавиться. Шмару я у него одну отбил, да и бабки делить на одного меньше. Если бы не я его шмалянул, так он бы меня завалил, – с каким-то даже бахвальством произнёс Сергей.

Антона покоробило, и он поморщился:

— А твой отец уверен, что ты себя оговорил. И кончай свой блатной жаргон, слушать противно. Говори нормальным языком – пригодится на будущее.

— Какое будущее? Нет его у меня. Была у меня козырная дама на руках, да просрал я её.

— Это ты о Насте так говоришь?

Сергей как будто получил удар под дых, когда так неожиданно услышал имя девушки из уст двоюродного брата. Он растерялся, и Антон, наконец, увидел в нём того Серёгу, которого знал когда-то и любил.

— Ты откуда о ней знаешь? – аж, подался он вперёд, с надеждой заглядывая в глаза Антону.

— Случайно вместе работаем, она меня и попросила тебя найти.

Сергей закрыл лицо руками, неловко смахнув со стола продукты, которые привёз ему Антон, и тот машинально наклонился собрать покатившиеся по полу яблоки. Сергей тоже нырнул под стол помогать ему и горячо зашептал Антону в самое ухо:

— Не убивал я его… Кореш один меня спас… За него срок мотаю…

А потом сел, как ни в чём не бывало. На Антона, потрясённого признанием брата, тут же накатила волна вины:

— Значит, ты всё-таки хотел создать с Настей семью? Почему сам не пришёл, не объяснил? Что-то через мать передал невнятное, а я теперь виноватым себя чувствую.

— Да ни в чём ты не виноват, – отмахнулся Сергей, – Мы бы с ней вдвоём и без тебя, и без Москвы справились. Сам я всё сделал, вот этими руками. В Москву приехал, закружился. Настя стала отодвигаться всё дальше и дальше. Думал, погуляю напоследок. Весело было, затянуло, понравилось… Кто хоть у меня?

— Девочка, – поняв, что Сергей спрашивает о ребёнке, родившемся у Насти, ответил Антон, и не в силах произнести «дочь».

— Девочка! – с мягкой улыбкой на губах протянул Сергей.

— Настя рвётся к тебе сюда приехать…

— Нет! – даже не дав Антону закончить фразу, почти прокричал Сергей, – Не хочу, чтобы её всё это коснулось. Отрезал я от себя её жизнь окончательно и бесповоротно.

— Это ты отрезал, а она до сих пор – нет.

— А надо, чтобы отрезала. Не хочу, чтобы она стала частью вот этого, – и Сергей развёл руками в сторону и обвёл взглядом каморку, в которой проходило свидание, – и для меня возврата нет обратно. Помоги, Антоха! Как брата прошу!

— Что я ей могу предъявить? Только свои слова. Вряд ли её это убедит и остановит. Надо что-то поосновательнее.

— А если ей сказать, что я женат?

— А ты женат? – удивился Антон.

— И не один раз, – хохотнул Сергей, – штампов в ксиве, как ты понимаешь, у меня нет… Постой, а давай я ей маляву черкану, и фотка у меня одна есть клёвая! Вот это будет предъява! Подождёшь часок? Пока накалякаю, пока вертухаи проверят.

— Конечно, подожду.

Напоследок братья обнялись.

— Не приезжай, Антоха, больше, не твоё это место. И отцу скажи, чтобы не приезжал. Лучше посылки почаще присылайте.

— А как часто их можно присылать?

— Да хоть каждый месяц! За моё образцово-показательное поведение и трудовые подвиги! – весело подмигнул Сергей.