Книга Если я король, ты будешь королевой, страница 29 – Ирма Гринёва

Служанок всё не было и не было. Шейла решилась их поискать. В кабинете Кемпа было тихо, и туда заходить Шейла не стала. Пошла к ним в комнату. Мать с дочерью спешно собирали свои вещи.

— Веста, Калин, что происходит? – удивилась Шейла.

— Нас уволили, госпожа, – произнесла Веста, и её глаза наполнились слезами, а Калин так и вообще расплакалась и села на кровать, – Велели убраться из дома в течение часа.

— Но за что?

— Не знаем, госпожа. Мистер Гамильтон только это сказал.

— Подождите! Я с ним поговорю! – решительно сказала Шейла и вышла из комнаты.

По дороге к кабинету мужа решительность Шейлы поубавилась. У них, конечно, последнее время были неплохие отношения. Они даже разговаривали, когда ездили вместе к маме. Так, короткими фразами на общие темы. Во всяком случае, Кемп всегда отвечал на её вопросы. Но, всё-таки, идти к нему, когда он в гневе и не понятно почему, было боязно. И Шейла завернула в кабинет, где обычно работал Экчери. Вот с кем можно было всегда, не опасаясь, поговорить на любые темы. Вот кто мог всё объяснить и разложить по полочкам. Вот кто мог просто и логично растолковать слова и поступки мужа. Как, например, с его особо цепким взглядом, который так пугал Шейлу, а на самом деле оказался всего лишь сигналом к тому, что он готов со всем вниманием выслушать собеседника.

Экчери внимательно выслушал Шейлу, задал дополнительные вопросы, чтобы выяснить все обстоятельства, а потом сочувственно вздохнул:

— Миссис Гамильтон, боюсь, что мы ничем не сможем помочь Весте и Калин.

— Но почему? Вы знаете, в чём они провинились?

Ещё бы Экчери не знать! Последнее время из разговоров с мистером Гамильтоном ушли вопросы, связанные с бизнесом и ремонтом усадьбы. Здесь всё уже было отлажено, встало на прямую дорогу, остался только контроль. Тема, которая вышла на первый план, и занимала все мысли хозяина – это, как и когда вступить в высшее аристократическое общество Беркшира, а затем и в высший свет Англии. На достижение этой цели, не покладая рук, трудились все агенты Экчери, выискивая связи, на которые можно положиться, тонкие ниточки, за которые можно дёрнуть, болевые точки, на которые можно надавить. Можно представить, как он рассвирепел, когда увидел свою жену, графиню, свой главный козырь, на кухне наравне со служанками занимающуюся готовкой. И отыгрался на слугах.

— Но это же старая английская традиция! – растерялась Шейла, – Мама тоже всегда собственноручно делала рождественские кексы. С помощью слуг, конечно.

— Боюсь, мистер Гамильтон не знает об этой английской традиции.

— Я ему расскажу! – обрадовалась Шейла и вскочила, чтобы тут же отправиться к мужу.

— Боюсь, миссис Гамильтон, что это уже не поможет. Мистер Гамильтон никогда не меняет свои решения.

Правда, один раз такое случилось. Когда Экчери удалось уговорить хозяина взять его с собой в Англию. Но он не стал понапрасну обнадёживать хозяйку.

Шейла не была согласна с Экчери, что мужа нельзя ни в чём переубедить. Ведь он ей поначалу жёстко отказал в более частых, чем раз в месяц, поездках к маме, а недавно согласился поехать через три недели. Может, это было связано с Рождеством, или с тем, что из усадьбы было ближе до «Убежища Хеллингли», чем от дома в Гемпшире, но Шейла была уверена, что придёт тот срок, когда она будет ездить к маме, когда захочет.