Книга Запомни меня такой… А это зависит от того… И этим всё сказано. Пришвартоваться в тихой гавани, страница 49 – Ирма Гринёва

³³ – «поднять Веселого Роджера» – веселиться

³⁴ – «выкинуть белый флаг» – сдаться

9

Свадебная церемония прошла для Анхелики как в тумане. Мысли её блуждали в голове не задерживаясь. Вот она удивилась, как длинно и, кажется, абсолютно точно произнесли её имя³⁵, и тут же забыла об этом, услышав свой собственный голос, как через вату произносящий тихое: «Да» на вопрос священника добровольно ли и без принуждения она надевает на себя брачные узы. Не успев толком испугаться чудовищной лжи, которую только что произнесли её уста, она чуть не расхохоталась, когда зачитывали имена и титулы её будущего супруга. Ей показалось смешным, что Френсис назвал себя всего лишь виконтом³⁶. Чего уж тут стесняться, как-то даже не солидно, главарь пиратов и всего лишь виконт? Надо было уж сразу объявить себя герцогом³⁷!

Когда все расселись за наскоро сколоченные столы, Анхелика сосредоточила все свои силы на то, чтобы дождаться заветного вопроса о свадебном подарке. Она не могла ни есть, ни пить. Пираты же за столами мутили шторм в своих трюмах³⁸ и набивали брюхо так, как будто это был их последний в жизни пир. Вот уже и возгласы «Горько!» перестали звучать (и – слава богу! У Анхелики совсем онемели губы от властных и жёстких поцелуев наречённого супруга). То тут, то там пираты падали кто на столы, кто под столы, оглашая поляну мощным храпом, а предложения о подарке всё не было и не было.

Наконец, Френсис поднялся со словами: «Ну, кажется можно отправляться на брачное ложе», и тут Анхелика не выдержала, схватила его за рукав и, с отчаянием заглядывая ему в глаза, прохрипела:

— А мой свадебный подарок?

Френсис усмехнулся:

— Отдашь мне его в кровати.

— Нет, – заторопилась внести ясность Анхелика, – я имела в виду подарок мне!

— А разве избавления от Старого Пердуна и Бочки-с-Ромом не достаточно?

— Нет! – топнула ногой девушка.

Ей уже нечего было терять (вилку и нож Анхелика уже припасла, спрятав в складках платья), а потому она вызывающе прямо посмотрела в глаза потешающегося над ней пирата, и заговорила открыто:

— Вы должны исполнить моё первое желание в качестве свадебного подарка!

— Запомни, жёнушка! – прорычал Френсис, одним неуловимым движением заломив руки Анхелики за спину, – Я ничего тебе не должен! Ни сейчас, ни впредь! – и, вытаскивая нож и вилку из складок платья, добавил, – Это нам будет колоться.

Глаза Анхелики наполнились слезами, а Френсис вдруг нежно прижал её к себе и прошептал в самое ухо:

— Успокойся! Жив твой слуга. И даже цел и невредим!

— Но как? – изумилась Анхелика, отстраняясь от мужа, поскольку хватка его ослабла, и он уже переместил свои руки ей на талию.

— Да, уж! Очень сложно было догадаться ради чего, а, вернее, ради кого, ты всё это затеяла! – ответил Френсис с какой-то непонятной для девушки, грустью, а потом добавил, – Не мог же я в разгар пира объявлять, что лишаю братьев такой славной потехи, как исполнение приговора. А так, когда проспятся, сами же будут виноваты, что всё пропустили…

³⁵ – помимо имени, полученного от родителей, испанцы получают имена от крестившего их священника и крёстных родителей. Особенностью структуры испанского имени является наличие двух фамилий: отца и матери

³⁶ – титул виконта носили младшие наследники мужского пола маркизов и графов, а также их потомки