Книга Соперница королевы, страница 166 – Элизабет Фримантл

— Жаль, здесь нет Блаунта. Его бы Эссекс послушал.

— Вы не одиноки в своих сожалениях, – с болью произносит Пенелопа. Ее возлюбленный далеко, как будто улетел к звездам. Она вспоминает его метафору про стрелку компаса и полюс, но это не приносит утешения. – Так что с пьесой?

— Они хотят заплатить актерам сорок шиллингов, чтобы те сегодня выступили. Я пытался им помешать.

— Сорок шиллингов! Это же плата за месяц.

— Предполагаю, сделка уже заключена, и о пьесе вскоре станет известно. Они надеются собрать еще больше людей в поддержку вашего брата, заставить весь Лондон приготовиться.

Нет нужды произносить вслух, к чему следует готовиться. За годы тайных переговоров с целью обеспечения будущего рода Деверо Пенелопа никогда всерьез не думала, что до этого дойдет.

— Думаете, Сесил действительно хотел посадить на трон инфанту, как утверждает дядя Ноллис?

— Поддержать претензии католички на престол на вид сущее безумие, – отвечает Бэкон. – Вероятно, Сесил увидел какое-то политическое преимущество. Да, я думаю, такое возможно.

Снаружи раздается шум. В комнату врываются Эссекс и Саутгемптон, раскрасневшиеся и взвинченные. Эссекс на чем свет стоит поносит Сесила, пытаясь раскурить погасшую трубку:

— Мы уберем этого гада вместе с его кликой. Если понадобится, силой. Сесилу плевать, что люди на улицах голодают, его интересуют лишь злобные интриги. Я спасу ее от него. – Он вращает глазами: – Сесил, Рэли – все они желают моей смерти… и остальные тоже.

— Робин… – Пенелопа пытается обнять его за плечи, однако он сбрасывает ее руки.

— Ты не понимаешь. – Брызги слюны попадают ей на лицо. – Тебе не приходилось держать в руках меч и сражаться за жизнь. Думаешь, у тебя есть ответы на все вопросы? Ты лишь женщина.

Пенелопа еле сдерживается, чтобы не одернуть его, но вовремя смягчает тон:

— Добиться желаемого можно и мирным путем.

— Ты сейчас говоришь как Сесил. – Эссекс швыряет трубку через всю комнату: – Даже эта чертова штука меня не слушается!

— Возьми себя в руки, Робин. Ты не можешь придержать свой пыл хотя бы до приезда графа Мара?

— Она права, – вставляет Бэкон.

— Да, верно, – поддерживает Саутгемптон.

Эссекс хватает его за плечи:

— И ты туда же! Боишься?

Саутгемптон отталкивает друга:

— Вовсе нет! Я с тобой до последнего вздоха. Но мудрости твоей сестры стоит позавидовать.

— Моя разумная сестрица… – Эссекс снова разражается бессвязной бранью. Саутгемптон потихоньку уводит его в спальню, пообещав разжечь ему трубку. Пенелопа все больше убеждается, что ее брат полностью потерял власть над собой.

Воцаряется тишина. Энтони со стоном меняет положение:

— Думаю, в подобной ситуации нам нужно привлечь как можно больше заслуживающих доверия сторонников из знати.

— Я сделаю все, что в моих силах. У Сесила достаточно врагов, чтобы собрать целое войско. – Пенелопа испускает желчный смешок. – Предоставьте это мне.

— Всего лишь спектакль, – говорит одна из фрейлин. – Нет причин беспокоиться.

Королева приподнимает парик, чешет под ним.

— Как ты не понимаешь? Ричард – это я. – Она поворачивается к Сесилу: – Ты уверен, что сцену низложения не убрали?

— Совершенно уверен, мадам. – Сесил прикидывает, с какой стороны лучше подойти к делу. Он получил сведения из надежного источника, что представление оплачено кем-то из лагеря Эссекса.