Книга И это пройдет…, страница 138 – Вера Чистякова

— Поль, чем за хрень, почему все мои рубашки мятые и на стуле валяются? — потрясая одеждой, недовольно рычал Вадик.

— Где оставил, там и лежат, — ответила Полина, отхлебывая из чашки горячий чай.

— Какого, х…я? — взвился он.

— Что именно? — прикидываясь идиоткой, спросила она. Ей ужасно надоело ходить за Вадиком и убирать, он был совершенно нечистоплотен.

— Ты почему их не постирала и не погладила? — продолжал орать он.

— Не успела, — пожимая плечами ответила Полина.

— Что значит не успела? Ты баба, это твоя обязанность- успевать, вот моя мать …

— Что же ты с матерью не живешь, раз она такая замечательная? — удивилась девушка, Вадик уже не первый раз заводил разговор о талантах своей матушки. Свекровь была для Полины адским кошмаром, она регулярно наведывалась к ним домой, рылась в шкафах, тыкала в пыльные плинтуса и постоянно попрекала Полю тем, что ей от ее сына нужны только деньги. Но уйдя в декрет девушка осознала, что никаких особых денег у Вадика и нет, есть понты, гонор и мать, которой он отдает половину зарплаты.

Полина закрыла глаза, ей почему-то представился ее преподаватель, его проницательный взгляд и добрая улыбка.

* * *

Мира повернулась в постели, кости ломило, горло драло так, словно по нему били теркой, веки припухли. Грипп, самый настоящий, тяжелый. Уже третий день у нее держалась температура 39,4. Она протянула руку и взяла с тумбочки чашку. С огромным усилием она села, сделала глоток и поморщилась. Компот из калины жуткая гадость. Почему мама считает, что от него быстрее поправляются.

— Миш, принеси пожалуйста сахар, — слабым голосом крикнула она.

В кухне послышалась возня, шуршание.

— Мир, а где он, — раздался ответ.

— В шкафчике справа, — откидываясь на подушку, пискнула Мира

— Нет там, — заходя в комнату, сказал Миша.

Мира с трудом поднялась и пошла на кухню, открыла шкафчик, сахар стоял практически под самым носом: «Как его можно не заметить?» — мелькнуло у нее в голове.

— Мир, а где мои перчатки и ключи? — спросил Миша, — я никак не могу найти.

— Иду, — тяжело вздыхая ответила она.

— Ань, ты только объясни мне, ты нарочно что ли? — вопрошал Андрей, расхаживая по кухне.

Аня сидела на табуретке, следила за ним глазами. Она не понимала, в чем провинилась на этот раз, Андрей вернулся час назад и с тех пор не прекращал ругаться.

— Да что я сделала? — наконец воскликнула она.

— А ты не знаешь? Кто просил тебя ходить на эти митинги белоленточников?! Ты хоть понимаешь, что мне теперь новой должности не видать. Мало мне проверки, у нас уже 3 недели шерстят, так еще ты! — вращая злыми глазами, кричал он.

— Странно это слышать от человека, которому четко указали, за кого надо поставить галочку, — фыркнула Аня.

— Ты без мозгов что ли совсем? Ну как можно быть такой дурой? — перешел он на оскорбления.

— Зато ты дофига умный, — обозлилась она, — иди-ка ты один к своему брату, а я пойду погуляю, — с этими словами Аня вышла в коридор, накинула куртку и стала зашнуровывать ботинки.

— Ты все время убегаешь, когда речь заходит о чем-то серьезном! — кричал Андрей, подходя к ней.

— Потому что ты меня не слушаешь никогда, — взмахнув шарфом, свирепо заявила Аня, — ты же ничего не хочешь понимать, есть ты, твои желания, твоя работа, а я где? Даже сегодня ты проигнорировал мою просьбу, решил, что непременно надо посетить твоего брата!