Книга Записки на разбитой коленке, страница 37 – Алэн Акоб

— Варвара, что это такое, я тебя спрашиваю — продолжал реветь, как раненый тюлень папа Вася, показывая красным указательным пальцем, напоминающим огромную морковку, на ребят

— Ни что, а кто — это, во — первых, во вторых — это мои друзья, и что ты шумишь, и почему не на работе, да и вообще здравствуй папенька (откуда она вытащила, это устаревшее папенька)!

— Варвара, обрати внимание, я ещё тебя не спросил, почему они без трусов, ой то есть прости Господи, в трусах тут сидят, на моём диване дооочка! — видя, что страсти накаляются до предела Варя, решила перейти в наступление, как лучший способ защиты.

— Вот пришёл папенька — (зная как ему нравится, когда она его так называет) — не спросил ничего, как у тебя день прошёл доченька, бегом на балкон за банкой для пива, друзей моих оскорбляет, а они в речку упали, чуть не утонули и как ты думаешь папенька (ещё раз назвала папенька), я должна была их выставить на улицу или помочь? А в трусах они потому, что я их одежду глажу, эх не любишь ты меня папенька (это уже третий раз), не доверяешь — в слезах. Зная слабые места отца, она била не в бровь, а в глаз в то время как парни молча сидели, прекрасно понимая, что только одно неверное слово в своё оправдание и все усилия Варвары пойдут насмарку. Проникновенная речь, подкреплённая весомыми доводами произвела особое впечатление на папу Васю, он не только утихомирился, но как-то даже в размерах стал меньше, по крайней мере так показалось Славе.

— Ну, что ты доченька — начал оправдывался он — ты же знаешь как я тебя люблю, ну представь себе, что я мог подумать когда увидел этих двух ахломонов сидящих на моем диване в одних трусах.

— Ну и что ты мог подумать — не унималась она

— Ладно, ладно я побежал за пивом, к моему возвращению, чтобы их не было тут — бросая косой взгляд на обоих.

Надев выглаженные штаны и рубашку на себя, ребята быстро превратились из псевдо-индейцев в неошкольников, готовых грызть гранит науки, по крайней мере так они смотрелись со стороны.

— Ну вот, одно заглядение — разглядывая их со всех сторон словно, Роден любуясь своим произведением, тайком заглядываясь на одного из них.

— Сержик, а тебе идёт белая рубашка в клеточку

— А, моя-ревниво взглянул Слава?

— И твоя тоже, только теперь убирайтесь отсюдова пока папа не пришёл и так он переволновался из-за вас — приглашая обоих к двери, одновременно пропуская Славку вперёд задерживая Сергея. Захлопнув дверь перед самым носом, она обернулась, обняла его за голову и поцеловала прямо в губы

— Ты, чё Варька — опешив от неожиданности — за ним последовал ещё один поцелуй и оторвавшись она прижалась к нему, разбросав кудри по его плечу — звонок как сумасшедший звенел над дверью

— Сержик, когда мы вырастим ты же возьмёшь меня в жены, любимый?

— Да, да — машинально ответил он, опешив от такого оборота событий, даже подумал может потрогать небольшие выпуклости напоминающие груди под кофтой, но тут же передумал, вспомнив её характер. Неизвестно сколько бы они простояли в позе влюблённых, если бы не дверной звонок сопровождающийся ударами ноги в дверь. Варя открыла дверь, слегка подтолкнув Сергея к выходу, где стоял стоял Славик с любопытством смотревший на обоих.

— Ты, что дверь ломаешь кретин! — покрутила она указательным пальцем у виска