Книга Только с тобой, страница 68 – Стефания Романова

— Скучаю по своим очень, — тоскливо сказал Тимофей, глядя на уплетающих оладушки детей, — вот никак не доберусь до дому.

Темнело, за столом было тепло, уютно, ласковые хозяйки покорили героя, он рассказывал о друзьях, о родной земле. Из радиоприемника полилась мелодия Рио-Рита. Тимофей встал, одернул гимнастерку, подошел к Лизе, цокнув сапогами, с поклоном пригласил ее на танец.

Дети затаили дыхание. Тимофей наступал на партнершу, она ритмично отступала назад, потом Лиза наступала, Тимофей отступал назад. Обхватив ее тонкий стан, закружил, подняв над полом. Лиза хохотала звонко. Нюра восхищенно смотрела на Тимофея. Он был ее совершенный типаж. Этот простой рабочий парень, истинный былинный герой, искренний и честны. Но его судьба уже сложилась и места Нюрочке в ней не было. Владимир подхватил Алочку и, прихрамывая, затанцевал фокстрот.

Провожать Тимофея пошли все. Ночная Москва светилась огнями, народ гуляет. Он уходил, оглядываясь, махал рукой. Нюра смотрела ему вслед и сердце ее пело щемя. Лиза с Нюрой шли под ручку, Владимир впереди, неспешно вел за руки детей, что-то им рассказывая. Мимо прошли бравые солдаты чеканящей походкой. Один подмигнул девушкам. Нюра опустила голову, зарделась, смутилась.

— Пойдемте отсюда уж, от греха подальше, — предложила она, на что Лиза громко расхохоталась.

Наступило утро 24 июня. Лиза, проснувшись, подбежала к окну. За окном шел проливной дождь. На улице Горького стояла военная техника. Черная, блестящая от дождя броня величественно холодила взгляд. Шеренги мокнущих солдат стояли ровными колоннами, готовые к параду. Ровно в десять часов разнеслось по всей стране: «Парад смирно!». Гордые колонны победителей пошли, чеканя шаг. Отгремел парад пьесой «Слава Родине» к полудню. Дождь — это к счастью — народна примета, может и так.

Наступила какая-то усталость от пережитых за последний месяц эмоций. Нюра готовила обед, сегодня вечером салют, все собирались пойти на Красную площадь, а потом к праздничному столу, пригласили всех, кого любили, кем дорожили — кто-то да придет.

Лиза проверила спящих детей. События последнего месяца дали им огромный скачок в развитии, просто перебросив вперед на несколько лет. Из радиоприемника звучало танго «Дождь идет» — негромкая песнь француза под красивую мелодию брала за душу. Лиза притаилась в прихожей в нише, слушая музыку.

— Ты что тут стоишь? — нашел ее Владимир.

— Тебя жду.

— Меня? — переспросил шепотом.

— Тебя, как и в тот раз, помнишь. Она потянула его за свитер на себя, обнялись. — Я помню какой тогда от тебя был запах — свежести, одеколона, который я тебе подарила и желания. Такого желания, что я испугалась, знаешь…Испугалась, что побегу за тобой, а ты меня не позвал.

— Разве я тебя не звал? Я кричал на весь мир, как люблю тебя.

— А я не слышала.

— Не слышала? Как? Ведь тогда не было другого мужчины на земле, так сильно влюбленного.

Целовались. Нюра позвала их обедать.

— Сейчас немного перекусим, а уж наедаться будем вечером. Я запеку того барашка, что принес машинист паровоза с картошкой и спеку большой хлеб — поставила тесто.

— Ароматная выпечка не для ваших интерьеров, — засмеялась, входившая в мокром плаще Маша. Отдала плащ внимательному Владимиру, крикнула приветствие Нюре на кухню.