Онлайн книга «Утренний Всадник»
|
У двора того да три терема, А в трех теремах да три окошечка. В те окошечки три гостя идут: Первый гость идет – ясен Месяц, Другой гость идет – частый Дождичек, Третий гость идет – светло Солнышко! «Богатый Коледа» постепенно стал теснить «бедного», без жалости охаживать его по бокам дубиной. «Бедный Коледа» отступал, поддаваясь, защищался осиновым колом; вдруг раздался треск, словно громовой удар, осина переломилась, обломки упали в притоптанный снег. «Бедный Коледа» рухнул лицом вниз, закрывая руками голову, а «богатый» высоко поднял свою дубину, торжествуя победу. Женщины стали подходить со всех сторон к снежной Зимерзле, перед которой приплясывала на снегу Звенила, потрясая распущенными волосами и размахивая широкими рукавами. Женщины с поклонами подавали ей пироги, блины, хлебы, горшки со сметаной, пряники и хлебных коровок с масляными головками; Звенила складывала все это возле ног Зимерзлы. А хоровод пел: Там три двери – то три облака: У одних дверей – светлый Дажьбог, У других дверей – Громовик-Перун, А у третьих дверей – Лада Щедрая! Пред Дажьбогом все громы гремят, Пред Перуном блещут молнии, Перед Ладою заря цветет! Лада пташек вынимает, Светло Солнышко в мир выпускает! Тем временем парни и мужчины стали подносить жерди, хворост, солому; из всего этого под песню поставили шалаш вокруг Зимерзлы. Упирая в снег жерди, мужчины обкладывали их хворостом и соломой, и скоро стены нового «небесного терема» скрыли зимнее божество вместе со всеми приношениями. «Богатый Коледа» поднес к «терему» факел от священного костра, и жилище Зимерзлы ярко вспыхнуло. Хоровод распался; прыгая на месте, хлопая в ладоши, стуча железом о железо, люди кричали во весь голос, гоня прочь тьму и холод, а Зимерзла пылала в своем тереме, огненный столб протянулся от земли до темного неба. Парни с «богатым Коледой» во главе все подбрасывали солому, не давая огню утихать. Пусть зиме владеть землею еще три долгих месяца, пусть впереди еще злые морозы, метели, свист ветров и треск льда; Весна есть в мире, она придет в свой срок, придет, потому что огонь победил тьму, и Зимерзле придется убраться восвояси. Наконец огонь опал и стал быстро затухать. Но Зимерзлы не было – она растаяла. На том месте, где Хозяйка Снегов только что стояла во всем грозном величии, чернела пустая гарь. Ликующий вопль сотен голосов достал до неба, и тут же через двор белой молнией пролетел крепкий снеговой комок. С визгом женщины и девушки шарахнулись по сторонам, прижались к тыну, а мужчины и парни стали хватать снег из-под ног и метать снежки друг в друга. Словно весенняя гроза с громом и градом заревела и заплясала на посадничьем дворе: Перун спит, но он проснется, и загремит в небе его грозная поступь, и полетят его огненные стрелы, и ударят по тучам, пошлют на землю желанный дождь. Чей-то метко брошенный снежок сбил с Преждана венок из колосьев, но теперь было уже не страшно. Быстро катая в руках снежный комок, он обернулся, азартным взглядом выискивая обидчика, уже замахнулся в ту сторону и вдруг различил в общем мельтешении смеющееся лицо Дарованы. Она не убежала прятаться от грозы, как другие, а сама принимала участие в сражении. Никакая Солнечная Дева не могла бы быть прекраснее, чем она сейчас, с жарким румянцем на щеках, с азартно и счастливо блестящими глазами. |