Книга Шрамы седьмого чародея, страница 114 – Алессандра де Амальфи

— Не называй меня так.

— Почему же? Не думаю, что ты заставишь Зарию руководить школой. Иных вариантов не остается.

— Справляться с тем, что мы натворили, придется годы, если не десятилетия, – вздохнул он, поправляя непослушные кудри. Его волосы почти отросли до той прически, с которой я в последний раз видел его в мире, откуда пришел, и по которой все это время так скучал. – Мы, конечно, чародеи, но отстроить столько домов вдвоем без рабочей силы…

— Так найми ее.

— У меня нет сбережений, – слегка стыдливо признал Тристрам.

— Зато есть у меня. И теперь они твои.

Вив широко раскрыла рот, чтобы продемонстрировать удивление, хотя это, конечно, было игрой. Именно она напомнила мне о том, что Кетрингтон вообще надлежит восстанавливать – я бы о таком просто не подумал. Обычно я делал все, что от меня требовалось, получал деньги и исчезал, возлагая последствия, какими бы страшными они ни были, на плечи заказчиков. Они просили о помощи – им и расхлебывать.

— Ты не должен, – закачал головой Тристрам, сделав два маленьких шага назад, будто моя неожиданная щедрость заразна.

— Я и за всю жизнь их не потрачу. Времени мало. – Произносить это вслух приходилось, чтобы самому наконец осознать, но пока что отсутствие магии казалось временным неудобством, нелепой шуткой, которую я повторял, ожидая, что кто-нибудь наконец рассмеется. – Тем более я сам до них ни за что не доберусь, – добавил я, поднимая руки; кончики пальцев не отозвались покалыванием или жжением. – Но ты сможешь снять заклинание. Там ничего сложного.

Фабиан прокашлялся.

— Я до сих пор едва ли помогал островам, которые завоевал, но…

Тристрам заставил его замолчать – и я не уверен, что магия сама не соскользнула с его пальцев, воспользовавшись волнением хозяина.

— Даже не смейте, ваше величество! Если я правильно понимаю, сколько Эгельдор брал за контракты, его сбережений нам хватит с лихвой, – бормотал он. – Хотя, скорее всего, я преуменьшаю его аппетиты.

Я приблизился к Тристраму и протянул ему руку. Тот, секунду поколебавшись, пожал ее. Я снова ничего не почувствовал… проклятье.

— А ты?..

— Я где-нибудь спрячусь, – предугадал вопрос я. – Только хочу тебя кое о чем попросить.

Тристрам чуть прищурился и медленно кивнул.

— Я подумал, и… жители Кетрингтона все видели своими глазами, но вы ведь можете это исправить, да? Переложи бремя злодея на меня. Если все узнают, что Кьяра веками обманывала целые народы и страны, это сильно пошатнет доверие к Ателле и чародеям в целом.

— Говоришь как Кьяра… – шепнул Тристрам.

Я знал это, и это было смешнее всего.

— Все знают, что единственный, кто покушался на доброе имя Ателлы, – я. Позволь всем считать так и дальше. Пусть думают, что я возжелал большего и убил Кьяру, Холдена и Томико, но не смог одолеть тебя и Зарию, а потому сбежал и спрятался, чтобы подкопить силы. Так не придется бороться за то, чтобы Гептагону снова начали доверять. Одна гнилая доска – не прогнивший пол. Но если рассыпется фундамент, дом придется сносить.

— Ты хоть раз в жизни гвоздь в доску забил? – не сдержался Тристрам.

— От Тобиаса услышал, когда тот отстраивал дом, который Ниррити сожгла. – От упоминания виверны в груди на миг стало тесно. Здесь она тоже многих лишила дома. – Решил, что должно пригодиться – и вот момент настал.