Книга Чудесные механизмы, страница 32 – Цинхань Цэцэ

В прошлом году столица была перенесена в Шуньтяньфу, но император был занят другими вопросами управления, а наследный принц часто болел и был слаб из-за неумеренного чревоугодия, так что все дела по переносу столицы легли на плечи наследного внука. С этой задачей государственного значения юноша справился блестяще, чем заслужил огромную любовь и уважение со стороны подданных.

— Вдумайтесь только – перенос столицы! Мы-то сами, когда в 20 лет съезжаем от родителей, все суетимся, не знаем, как лучше, как нужно все обставить, а он легко и непринужденно перевез на новое место целый город! Да разве простой человек осилил бы такое?

Когда разговор зашел о наследном внуке императора, настроение у всех тут же улучшилось, а хозяйка продала спиртного почти на пять шэнов ^[55] больше обычного. Только из угла, отгороженного от основного зала ширмой, по-прежнему не доносилось ни звука, а посетитель, сидевший внутри, казалось, вовсе не собирался выйти, чтобы присоединиться к всеобщему веселью.

А-Нань подперла подбородок рукой и снова посмотрела на руки незнакомца за ширмой. Он прекратил сборку-разборку ручницы, положил готовое оружие перед собой, но не уходил. Пока все радостно шутили, обсуждали наследного внука императора, мужчина молча сидел на своем месте, не подавая голоса и не шевелясь. Только его утонченные ладони, все так же лежавшие на столе, продолжали непрерывно сжиматься и разжиматься. От напряжения суставы на пальцах почти побелели, сквозь кожу слегка проступила синева.

А-Нань очистила от шелухи горошину, забросила ее в рот и подумала, что, видимо, далеко не все обожают наследного внука императора, казалось бы так любимого народом.

Например, обладатель этих красивых рук. Например, она.

С минуты на минуту должно было стемнеть, но мужчина за ширмой и не думал уходить. А-Нань поднялась и отправилась к прилавку, чтобы расплатиться. Хозяйка бросила взгляд на виски девушки и, воскликнув от изумления, спросила:

— А-Нань, какая у тебя красивая стрекоза в волосах! Прям совсем как настоящая. Где ты такую откопала?

— А у тебя, сестрица, глаз наметанный! Мне все твердят, что уж больно простая эта штучка, утверждают, что нужно выбирать украшения в виде цветов каких-то или бабочек – якобы только такие красивые. – А-Нань слегка качнула головой, позволив стрекозе на своих волосах расправить крылья, как если бы готовясь взлететь, и с улыбкой добавила: – Изначально их две штуки было, но я вторую отдала в подарок.

— Ох ты! Так это же помолвочный подарок! – Хозяйка словно прозрела.

А-Нань только улыбнулась, ничего не сказав в ответ.

Вечерняя заря погрузила весь Шуньтяньфу в красное сияние сумерек.

А-Нань не придерживалась здоровых привычек, редко готовила сама, так что на ужин купила себе жареных куропаток и булочек из клейкого риса. Все это время следовавший за ней тенью Чжу Юйхэн замер за оградой, молча наблюдая за девушкой. В противоположность совершенно спокойной наружности, его сердце билось, одолеваемое самыми разными чувствами, он совершенно не знал, как подступиться к А-Нань.

Если это возможно, он бы хотел все сделать тихо, разобраться с этой ситуацией так, чтобы никого не потревожить. Это был бы наилучший исход событий.

В конце концов, его судьба не в его руках.