Книга Связанные ненавистью. Жестокая академия, страница 112 – Анастасия Милославская

Паника окончательно принимает меня в свои объятия. Да, я смущаюсь. Мне не по себе в госпитале дракорианцев, здесь всё незнакомое и чужое, но оставаться наедине с Зейлом? Это в тысячу раз хуже!

— Я прекрасно побуду одна, мисс Эйвери! — выпаливаю я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Вы можете идти, куда вам надо. Я подожду сестру сама, всё хорошо.

— Глупости. Вдруг что-то случится? Зейл поможет, — отмахивается она. — Он очень ответственный мальчик. Не спорь, дорогая. Я скоро вернусь.

Нет. Нет. Нет!

Мисс Эйвери встаёт и уходит. С каждым её шагом, с каждым стуком её каблуков по мрамору пола, я будто падаю в бездну. Я отчаянно смотрю ей вслед, не веря, что всё обернулось именно так.

Ещё минуту назад я хоть и волновалась за сестру, но была полна воодушевления. Но теперь… меня буквально раздирает изнутри.

Я чувствую, как диванчик рядом со мной прогибается.

Зейл сел.

Очень, очень близко.

Так близко, что его колено в дорогих брюках касается моего, а его парфюм — слишком приторный, тошнотворный — лезет в ноздри.

Я не смотрю на него, впившись взглядом в закрытую дверь кабинета лекаря. Но я чувствую его взгляд.

Он жжёт мне висок. Он душит. Уничтожает. Страх ползёт внутри скользкой, ледяной змеёй, заставляя пальцы, мёртвой хваткой сцепленные на коленях, дрожать в мелком треморе.

— Ты боишься меня, кровомеска, — голос Зейла звучит обманчиво мягко, а затем он добавляет и придыханием. — И мне это нравится. Страх возбуждает меня.

Я резко поворачиваю голову и подскакиваю с дивана, чувствуя, как сердце таранит рёбра.

— Ты что несёшь, больной придурок?

— А ещё меня возбуждают твои сиськи, Деви, — добавляет он, и его голос, этот обманчиво мягкий бархат, вызывает приступ тошноты. — Ножки тоже ничего так.

— Закрой свою поганую пасть! — шиплю я, отшатнувшись. — Просто заткнись!

Он издаёт низкий, неприятный смешок.

— А иначе что? Что ты сделаешь, а, кровомеска?

Я молчу.

Он прав.

Что я могу сделать? Я абсолютно, совершенно беззащитна перед ним. Если я применю силу, закричу, начну драться — я автоматически стану виноватой. Все поверят ему, высокородному дракорианцу, а не мне.

Мой взгляд дико, затравленно мечется от Зейла к закрытой двери кабинета.

Аэлла.

Моя беззащитная сестра, находится там. И только эта деревянная преграда в виде двери отделяет её от насильника, который её сломал.

Грязный ублюдок. Он пришёл сюда специально. Вот его месть за то, что я посмела рассказать Лиан правду.

— Поняла, что лучше быть сговорчивее? — Зейл подмигивает. — Я слышал, твоя сладкая сестрёнка здесь, я мог бы снова…

— Чудовище! Только тронь её. — мой голос дрожит, срываясь от ярости и ужаса. — Мстишь мне? Как же ты мелочен. Как убог! Жалкий насильник… мерзкий, никчёмный… ты… — я задыхаюсь, слова застревают в горле, отравленные моим собственным бессилием. — Ты лишь тень своего брата Кайдена! Всё, что ты можешь — это вот так запугивать слабых и насиловать!

Имя Кая действует как спусковой крючок.

Зейл резко подрывается с дивана. Прежде чем я успеваю даже вскрикнуть, он хватает меня и с силой прижимает к стене. Его ладонь грубо обхватывает моё лицо, пальцы впиваются в щёки, и он рывком поворачивает мою голову, прижимая её боком к холодному камню.

Я больно ударяюсь виском. Звёздочки пляшут перед глазами.