Книга Волны любви: Крепость в полумраке, страница 70 – Роберт Фадер

Если она останется, враг доберётся и до неё. А если он получит её — Солнце Вердеграда, сердце города, ту, ради кого Луис сопротивляется, — тогда всё закончится сразу.

Но уйти значило оставить Луиса.

Во второй раз.

— Я не могу, — сказала она.

Луис смотрел на неё из-за дрожащей преграды.

В его глазах снова вспыхнула человеческая боль.

— Ты должна.

Голос в музыке рассмеялся.

— Как трогательно. Даже сейчас он думает не о себе.

Лис прыгнул к Наталье и вцепился зубами в край её юбки.

— Уходим.

— Нет!

— Уходим!

— Я не брошу его!

— Если ты останешься, он проиграет окончательно!

Эти слова ударили сильнее, чем приказ.

Наталья замерла.

Лис говорил уже не резко, а почти отчаянно:

— Он держится, потому что ты свободна. Если тебя сломают, ему больше не за что будет бороться.

Жюльен подошёл с другой стороны. Он был бледен, дрожал, но всё ещё был собой.

— Солнце, пожалуйста. Он просит вас уйти не потому, что хочет остаться. Он просит, потому что любит вас.

Наталья посмотрела на Луиса.

Он едва заметно кивнул.

И в этом кивке было всё: просьба, прощение, любовь, страх, надежда.

Она сделала шаг назад.

Потом ещё один.

С каждым шагом ей казалось, что она отрывает от себя живую часть сердца.

— Я вернусь за тобой, — сказала она.

Луис попытался улыбнуться.

— Я буду ждать.

Но в этот момент его пальцы ударили по клавишам с новой силой, и чужая тень снова закрыла его взгляд.

Голос произнёс:

— Нет. Теперь он будет играть.

Камень под ногами дрогнул.

Линии света по стенам выстроились в строгие знаки. На площади люди начали двигаться. Медленно, одинаково, в одном направлении. Городская стража опускала оружие. Кто-то пытался сопротивляться, но мелодия находила в нём усталость, страх, пустоту — и превращала всё это в послушание.

Вердеград не падал.

Он становился неподвижно правильным.

И от этого было страшнее.

Лис повёл Наталью к боковому проходу. Жюльен шёл следом, закрывая уши руками, но всё равно слышал музыку.

— Быстрее, — сказал он. — Сейчас они закроют выходы.

— Кто? — спросила Наталья, почти не узнавая свой голос.

— Те, кто уже внутри людей.

Они спустились по узкой лестнице, которой когда-то пользовались стражники крепости. Каменные ступени дрожали от далёкой музыки. На каждом повороте Наталья оборачивалась, будто могла ещё увидеть Луиса, броситься назад, разрушить преграду голыми руками, вытащить его из-за рояля.

Но видела только свет.

Холодный.

Чужой.

Ровный.

Внизу им преградили путь двое жителей. Обычные люди Вердеграда: мужчина в серой куртке и женщина с рюкзаком за плечами. Они стояли молча, с пустыми глазами.

Наталья остановилась.

— Пожалуйста, пропустите нас.

Они не ответили.

Лис тихо сказал:

— Они не слышат тебя.

Наталья шагнула ближе.

— Это я. Наталья.

Женщина медленно повернула голову.

— Солнце должно светить по приказу.

Наталья отшатнулась.

Жюльен закрыл глаза от боли.

— Это не она говорит.

Лис метнулся вперёд, не раня людей, а лишь резко ударив лапами по камню. Из стены вырвалась маленькая розовая искра — остаток прежней силы крепости. На мгновение мужчина и женщина моргнули, словно просыпаясь.

— Сейчас! — крикнул лис.

Они проскочили мимо.

За их спинами люди снова замерли.

На улице всё было почти тихо.

Слишком тихо.

Центральная площадь осталась позади, но мелодия всё равно звучала в стенах, в стекле окон, в воде фонтанов, в металлических перилах, в самом воздухе. Она не была громкой. Но она была везде.