Книга В погоне за лунной альфой, страница 41 – Инесс Эшборн

— Ты его не сломаешь, — сказала Сольми.

Чон Пэк обернулся.

— Всех можно сломать, девочка. Вопрос только в том, сколько времени и боли ты готова вложить.

Дверь закрылась. Засов лязгнул. Сольми осталась одна в темноте — только жёлтый свет лампы над головой, равнодушный и вечный.

Она закрыла глаза и снова начала медитировать. Не потому что хотела — потому что иначе она бы завыла.

В хижине, в горах Канвондо, её ждал ключ. А в ней самой, в груди, где спал лунный камень — ждал ответ.

Она просто должна была дожить до этого момента.

Она должна была выжить.

Для Тэхёна. Для стаи. Для родителей, которые верили в неё даже мёртвые.

Сольми дышала. Вдох — выдох. Вдох — выдох.

И где-то далеко, за сотни километров от бетонной камеры, Тэхён тоже дышал — в такт. Не зная об этом. Просто чувствуя, что она ещё жива.

Это была их связь. Тонкая, как паутина, но крепче любой цепи.

И Чон Пэк не мог её разорвать, сколько бы ни пытался.

Тэхён вернулся в лагерь через три недели. За его спиной стояли тринадцать человек — оборотни, люди, маг и женщина с мёртвыми глазами, которая умела стрелять так, что пуля ложилась в цель раньше, чем звук выстрела достигал ушей. Дед Кан вышел встречать их с хмурым лицом, но в жёлтых глазах старика теплилась надежда — осторожная, придавленная годами потерь, но живая.

— Ты привёл армию, — сказал дед Кан, окидывая взглядом пёструю компанию.

— Я привёл тех, кто ненавидит клан Пэк сильнее, чем боится смерти, — ответил Тэхён. — Этого достаточно.

— Этого никогда не достаточно, щенок. Но лучше, чем ничего.

Лагерь ожил. Мина распределяла новоприбывших по освободившимся домикам, Пак Чхан сразу ушёл в лес — проверять границы, маг сел у костра и уставился в огонь невидящими глазами. Ли Сук, женщина из Инчхона, молча принялась чистить винтовку, сидя на камне у входа в лагерь. Она ни с кем не разговаривала, но её присутствие чувствовалось — плотное, тяжёлое, как кобура под мышкой.

Тэхён зашёл в домик. Всё осталось как прежде — одеяло на матрасе, баночки с травами. Запах Сольми выветрился почти полностью, но если закрыть глаза и вдохнуть глубоко — можно было уловить что-то неуловимое, хрупкое, умирающее.

Он сел на её сторону кровати — там, где она спала, свернувшись калачиком, положив голову ему на плечо. Схватил подушку, прижал к лицу. Вдохнул. Ничего. Только пыль и сырость.

— Я найду тебя, — прошептал он в пустоту. — Клянусь.

— Клятвы — это воздух, — раздался голос с порога.

Тэхён поднял голову. В дверях стоял маг — молодой парень с зелёными глазами, которого звали Юн. Он был самым странным из всех, кого Тэхён привёл в лагерь. Никто не знал, сколько ему лет, откуда он родом и как получил свою силу. Он просто появился, посмотрел на Тэхёна своими зелёными глазами и сказал: «Ты ищешь меня. Я здесь».

— Что тебе нужно? — спросил Тэхён, опуская подушку.

— Поговорить, — Юн вошёл в домик, сел на табурет. Движения у него были плавными, почти женскими, но в них чувствовалась сила — не физическая, другая. Глубокая, древняя, пугающая. — Ты собрал отряд. Ты готов идти на штурм. Но ты не знаешь, что тебя ждёт в крепости Чон Пэка.

— Ты обещал это выяснить.

— Выясню, — Юн кивнул. — Но сначала ты должен кое-что понять. Клан Пэк — не просто стая оборотней. Это машина. Машина, которую Чон Пэк строил больше тридцати лет. У него есть маги, информаторы, артефакты, которые глушат любую магию в радиусе километра. Если мы просто ворвёмся — нас перебьют.