Книга Сказания о мононоке, страница 284 – Анастасия Гор

— Хватит говорить так, – на сей раз Странник ответил резко. Он почти вырвал у Кёко флягу из рук, когда она, сморщившись, допила остатки молока. В груди всё ещё было тесно, и она так и не могла сдвинуться с места. Но… И не хотела больше. – Ты не невезучая. Это всё суеверия. Всё с тобой нормально.

И всё же её подозрения, почему он взял её в ученицы на самом деле, Странник не опроверг. Впрочем, не подтвердил он их тоже. Всё потому, что оно и так очевидно было. Во всём Идзанами с его воцарившимся покоем мононоке сейчас днём с огнём не сыщешь, не то что десять или двадцать лет тому назад… А для Странника это как для рыбака затонувшая лодка, что была единственной, или порванная сеть. Как иначе искупить злодеяния? Пришлось обратиться за помощью. Вдвоём находить неприятности и влипать в них всяко проще, чем одному, только у них это «обучением» зовётся.

— Не двигайся, – сказал вдруг Странник и протянул к ней руку ладонью вниз, как если бы по голове хотел погладить.

До этого момента Кёко даже не понимала, почему испугалась тогда, когда узнала о Страннике правду. Потому ли, что действительно думала, будто он может лишить её жизни? Или, быть может, дело было в том, чего она боялась лишиться намного больше?

«Его не помнят. Любит Странник знакомым незнакомцем оставаться, и мне понятно почему: проблем так меньше».

«Так это работает, если я к ним не прикоснусь, а просто уйду».

— Не смей! – воскликнула Кёко, голос её надорвался. Она вскинула сжатые кулаки и ударила Странника наотмашь по рукам, улизнув из-под его протянутых пальцев. – Не смей мои воспоминания забирать! Ты ведь это сейчас собираешься сделать? Из-за того, что я узнала, кто ты такой? Если бросишь меня в лесу одну, то, богами клянусь…

— Глупая. У тебя на чёлке жук.

Кёко застыла на мгновение, а затем так затрясла головой во все стороны, что если у неё и впрямь что-то сидело на волосах, то оно точно отправилось в полёт. Странник тем временем смеялся, костёр за его спиной горел высоко-высоко, и на жёлтое кимоно Кёко приземлялись сухие листья с верхушек клёнов.

А бубенцы на нём, извещающие о приближении зла, так ни разу даже тихонечко не звякнули.

— А у тебя всё-таки форма лисья есть?

— Есть.

— А хвосты?

— Тоже да.

— Много? Пять, семь или девять?

— Достаточно.

— А ты людей ешь?

— Нет.

— Точно?

— Разве что красивых и не в меру любознательных дев.

— Это из-за тебя мононоке перестали жить с людьми?

— Боюсь, ты переоцениваешь моё влияние.

— А когда мононоке всех, что нужно, изгонишь, что тогда будешь делать? Снова станешь ками и вернёшься домой, в Эдзо?

Кёко спрашивала его обо всём подряд и интерес к его персоне проявляла не столько настырный, сколько даже яростный, намного больше, чем он ожидал. Впрочем, она всегда и все ожидания его превосходила. Когда отвечать стало уже невмоготу, да и опасно, тревожно – он не хотел видеть, как она плачет или снова боится, – Странник решил, что ей пора спать, а сам подвинулся ближе к огню.

Чем реже она произносила слово «Эдзо» или «ками», тем было лучше. Чем меньше знала о нём, тем меньше знала о его будущем, а значит, могла не переживать о своём и жить счастливо.

Поэтому он не стал отвечать.

— Ивару… – позвала она опять уже в полудрёме.

— Что ещё?

— Ты когда-нибудь расскажешь мне, за что убил своих последователей? Обещаю, даже тогда я не буду тебя бояться.