Книга Измена на Первом Курсе, страница 86 – Мира Лаверн

А сам носил зубную щётку к Кате.

Теперь Никита описывал всё так, будто я наказывала его за уход.

Не за ложь.

Не за измену.

Не за публичное переписывание прошлого.

За право уйти.

Он снова взял часть правды и поставил вокруг неё удобную рамку.

Я открыла следующие приложения.

Старая заявка.

Фотографии со съёмок.

Скриншоты поста, где нас с Марком называли новой парой.

Моё сообщение в общем чате:

«Никакого расставания не было».

Без того, что написал Никита до этого.

Фрагмент переписки:

«Ты изменял мне с Катей? Да или нет».

Его ответ:

«Наши отношения давно закончились».

Мой:

«Когда ты со мной расстался? Назови день».

Следующее сообщение Никита не приложил.

Там он писал, что отношения не заканчиваются в конкретный день.

Зато приложил моё:

«Ты спал со мной».

Без его ответа о том, что я выношу интимные подробности.

Дальше — несколько эмоциональных сообщений из первой ночи.

Он действительно сохранял их.

Как и говорил.

Использовал.

Я стояла в коридоре и чувствовала, что снова нахожусь в комнате Кати.

Только теперь дверь была официальной.

С логотипом университета.

Никита пришёл не в чат.

В комиссию.

Ему больше не нужно было убеждать студентов.

Он хотел закрепить свою версию документом.

Телефон завибрировал.

Сообщение от Яны:

«Ты где? Пара началась».

Я ответила:

«У входа».

Она вышла через минуту.

Увидела лицо.

— Что?

Я показала письмо.

Яна читала молча.

На середине нахмурилась.

На последней странице произнесла:

— Вот же…

Не договорила.

— Он подал официально, — сказала я.

— Вижу.

— Фильм остановлен.

— Он и так остановлен.

— Но теперь я не могу просто вернуться.

— Ты собиралась?

Я не ответила.

Яна заметила.

— Собиралась?

— Не знаю.

— Соня.

— Я не успела решить.

Она вернула телефон.

— Это не запрет.

— Временно заморозили.

— До комиссии.

— В конце декабря.

— Значит, есть месяц.

— На что?

— На решение.

— Там нужен переработанный сценарий.

Я открыла основное уведомление.

Ниже находился перечень документов, которые должна представить каждая сторона.

Автор сценария:

первоначальные и промежуточные версии текста; сведения о датах создания; пояснение о фактической основе; перечень личных материалов, использованных или планируемых к использованию; описание изменений после выхода Никиты; объяснение степени сходства героев с реальными участниками; письменная позиция относительно жалобы.

Руководитель проекта:

производственный архив; подтверждение ролей участников; история правок; перечень отснятого материала; пояснение о творческом вкладе каждого; финальный или рабочий монтаж при наличии.

Никита:

подтверждение заявленного творческого вклада; перечень конкретных сцен и реплик; объяснение, какие права, по его мнению, нарушаются; подтверждение узнаваемости.

Комиссия отдельно просила:

«В случае намерения продолжить участие в фестивале представить переработанную версию сценария и проект финального монтажа, позволяющие оценить художественную самостоятельность работы».

— Проект финального монтажа, — сказала я. — У нас его нет.

— Потому что ты вышла.

— Я знаю.

— Можно сделать.

— С Марком.

Яна молчала.

— Не говори, — попросила я.

— Что?

— Что это мой выбор.

— Не собиралась.

— Собиралась.

— Я собиралась сказать, что можно попросить другого режиссёра.

— За месяц?

— Не знаю.

— Арсений?