Книга Измена на Первом Курсе, страница 76 – Мира Лаверн

— Я думала, когда вы расстанетесь, всё станет нормально.

— Когда мы расстанемся?

— Когда он скажет тебе.

— То есть знала, что не сказал.

— Знала.

— Мы это уже выяснили.

— Я думала, потом всё закончится.

— Но он смотрит на меня.

— Да.

— И виновата снова я.

— Я не сказала.

— Ты пришла в прачечную спрашивать, не была ли я с Марком до измены. Зачем?

Катя не ответила.

Я поняла.

— Никита попросил?

— Нет.

— Тогда ты хочешь убедиться сама.

— Я хочу понять.

— Что?

— Почему он не может отпустить.

— Потому что дело никогда не было в выборе между нами.

Катя нахмурилась.

— А в чём?

— В том, чтобы ему было удобно.

— Ты всё объясняешь так, будто он ничего не чувствует.

— Он чувствует. Себя.

— Ты его ненавидишь.

— Сейчас — да.

— Тогда почему снимаешь фильм о вас?

— Уже не о нас.

— Все знают, что о вас.

— Ошибаются.

— Марк тоже знает?

— Он режиссёр.

— Он знал и раньше.

Я замерла.

— Что?

Катя отвела взгляд.

Слишком поздно.

— Что именно Марк знал?

— Ничего.

— Ты только что сказала.

— Я имела в виду сценарий.

— Нет.

Катя взяла корзину.

— Забудь.

Я встала между ней и дверью.

— Что Марк знал?

— Отойди.

— Сначала ответь.

— Опять будешь не выпускать меня из собственной прачечной?

— Не изображай.

— Ты сама сказала, что не хочешь обсуждать публично.

— Здесь никого.

— Камера может быть.

Я оглянулась.

На стене действительно висела камера наблюдения.

Без звука.

Наверное.

— Что он знал?

Катя сжала ручку корзины.

— Он видел Никиту.

— Это Марк рассказал.

— Не только.

— Что ещё?

— Рабочие видео.

Внутри стало холодно.

— Какие?

— Ваши съёмки.

— Что с ними?

— Никита говорил, что Марк всё просматривал.

— Он режиссёр. Конечно.

— Там было видно, что вы вместе.

— Кто — мы?

— Ты и Никита.

— Естественно. Мы снимали фильм.

— Не в сценах.

Я вспомнила backstage.

Камера продолжала работать после команды «стоп».

Поцелуи.

Разговоры.

Билеты.

Квартира.

— Что именно там было?

Катя молчала.

— Ты видела?

— Некоторые.

— Когда?

— Никита показывал.

Ещё один удар.

— Зачем?

— Хотел объяснить, что всё сложно.

— Показывал тебе, как целует меня?

— Не специально.

— Что значит не специально?

— Он открывал материалы. Там были куски.

— Какие?

— Ты приносишь ему кофе. Он называет тебя своей девушкой. Вы говорите про дом.

Я почувствовала, как шум прачечной отдаляется.

— Дата?

— Не знаю.

— После того, как вы начали?

Катя опустила глаза.

— Да.

— И Марк видел?

— Он просматривал весь архив.

— Откуда ты знаешь?

— Никита говорил.

— Никита может врать.

— Может.

Это слово она произнесла устало.

— Но Марк монтировал первый материал, — продолжила Катя. — Он точно видел.

— Он сказал, что у него были только наблюдения и подозрения.

— Записи — не наблюдения?

Я смотрела на неё.

Катя впервые не пыталась оправдаться.

Не просила понять.

Она хотела ранить.

Потому что Никита смотрел на меня.

Потому что Марк стоял рядом.

Потому что теперь ей тоже нужен был виноватый.

Но это не означало, что она лгала.

— Почему говоришь сейчас?

— Потому что ты считаешь его честнее всех.

— Я так не считаю.

— Тогда почему доверяешь фильм?

— Не твоё дело.

— Он знал не меньше меня.

— Нет.

— Знал, что Никита солгал о расставании.

— Он признал.

— Признал, что видел вас один раз.

— Два.

— А записи?

Я ничего не ответила.

Катя подошла ближе.

— На них всё было. Никита целовал тебя после дублей. Говорил, что вы поедете домой. Шутил про квартиру. Марк это видел.