Книга Измена на Первом Курсе, страница 45 – Мира Лаверн

Я вошла в момент, когда свитер застрял на голове.

Секунду смотрела.

Марк вынырнул из ворота.

— Можно стучать.

— Это общая студия.

— Аргумент принят.

Я заметила шрам у него под ключицей.

Тонкая светлая линия.

Сразу отвела взгляд.

— Ты уверен, что это необходимо?

— Свитер?

— Ты.

— Уже поздно сомневаться.

— Никогда не поздно.

— Сцену переписала?

— Да.

— Тогда снимаем.

Он говорил слишком деловито.

Наверное, специально.

Чтобы не дать мне почувствовать неловкость.

Получалось наоборот.

Когда Никита стоял со мной в кадре, я не думала о расстоянии между нами. Могла поправить воротник, взять за руку, прислониться плечом.

С Марком каждый сантиметр ощущался отдельно.

Не потому, что он мне нравился.

Потому что он был чужим.

И потому что я боялась выглядеть так, будто чужим не является.

Арсений установил камеру возле входа в общежитие.

Место было тем же.

Только дождя не было и в этот раз.

— Распылитель забыли, — сказал он.

— Обойдёмся, — ответил Марк.

— Нарушение преемственности.

— Мы всё переснимаем.

— Тогда можно снег.

— Ноябрь.

— В Петербурге это никого не остановит.

Я держала ручку чемодана.

Того самого, с которым приехала.

Марк стоял рядом.

По новой версии герои не обнимались.

Он просто забирал у меня одну сумку.

— Не надо брать, — сказала я.

— Это в сцене.

— Я не про сцену.

— Тогда?

— Я сама понесу.

Арсений посмотрел поверх камеры.

— Мы снимаем метафору или бытовой конфликт?

— Бытовой конфликт, — сказала я.

Марк отпустил ручку.

— Хорошо.

— Теперь композиция развалилась, — сообщил Арсений.

— Переставь.

— Конечно. У нас же бесконечный день.

Он передвинул штатив.

— Встали. Соня слева. Марк справа. Не смотрим в объектив. Начинаем после хлопка.

Арсений хлопнул ладонями.

Я пошла к двери.

Марк рядом.

— А если мы станем другими? — произнесла я.

Голос звучал плоско.

Марк выдержал паузу.

— Мы ведь заметим?

Я сбилась.

— Это моя реплика.

— Да.

— Ты сказал раньше.

— Потому что ты пропустила.

— Я не пропустила.

— Пропустила.

Арсений опустил камеру.

— Отличное начало.

— Ещё раз, — сказал Марк.

Мы вернулись.

Хлопок.

— А если мы станем другими?

— Мы ведь заметим?

Я посмотрела на него.

По сценарию должна была ответить:

«Конечно».

Слово застряло.

Передо мной был не герой.

Марк.

За камерой Арсений.

Возле входа проходили студенты.

На этом же месте Никита два месяца назад забирал мой чемодан и говорил, что главное — мы вместе.

Я знала, чем закончилось.

— Конечно, — произнесла я.

Слишком тихо.

— Стоп, — сказал Марк.

— Почему?

— Не слышно.

— Микрофон есть.

— Дело не в громкости.

— А в чём?

Он посмотрел на меня.

— Ты не веришь.

— Естественно.

— Тогда зачем говоришь?

— Потому что написано.

— Перепиши.

— Мы уже переписали.

— Значит, плохо.

Арсений кашлянул.

— Может, режиссёрские замечания после дубля?

— Дубля не было, — ответил Марк.

— Камера другого мнения.

Меня начало трясти.

— Что тебе надо?

— Чтобы ты не произносила текст как показания.

— А как я должна произносить?

— Не знаю.

— Ты режиссёр.

— А ты автор.

— Не перекладывай на меня.

— Я ничего не перекладываю. Реплика не работает.

— Потому что ты стоишь на его месте.

Марк замолчал.

Арсений перестал возиться с камерой.

Я сразу пожалела.

Но слова уже вышли.

— Я не стою на его месте, — сказал Марк.

— Здесь стоял он.

— Теперь его здесь нет.