Книга Измена на Первом Курсе, страница 14 – Мира Лаверн

— Какую сцену? — спросила я.

Голос прозвучал тихо.

Никита, кажется, воспринял это как хороший знак.

— Давай отойдём.

Он взял меня за локоть.

Я выдернула руку.

— Не трогай меня.

— Соня, здесь люди.

— Я вижу.

— Мы можем нормально поговорить.

— Нормально?

Катя по-прежнему стояла в дверях.

Она скрестила руки на груди, пытаясь закрыть футболку, хотя дело было не в том, насколько короткой она оказалась.

Футболка была его.

Я покупала её.

Мы вместе выбирали размер. Никита хотел взять меньше, потому что считал, что так плечи выглядят шире. Я убедила его купить свободную.

Теперь она была свободной на Кате.

— Пойдём на лестницу, — сказал Никита.

— Нет.

— Не нужно это обсуждать перед всем этажом.

— А спать с ней перед всем этажом можно?

По коридору прошёл шёпот.

Никита сжал челюсти.

— Я с ней не спал.

Катя резко повернула голову.

Он понял, что сказал, и быстро добавил:

— Сегодня. Мы просто разговаривали.

— Босиком?

— Я разулся.

— Почему?

— Потому что не собирался пачкать ей пол.

— Очень заботливо.

Кто-то сзади нервно рассмеялся.

Никита посмотрел в ту сторону.

Я тоже обернулась.

Возле противоположной стены стояли человек десять. Несколько девушек завернулись в одеяла. Парень с кастрюлей всё ещё держал её в руках. Девушка из двести девятнадцатой снимала коридор на телефон.

Я тогда не знала, что её зовут Оксана.

Просто заметила камеру.

— Не снимай, — сказала я.

Она опустила телефон, но не убрала.

— Я пожарную тревогу снимала.

— Здесь нет пожара, — отрезала Яна.

Она стояла немного позади меня.

Я почти забыла, что она рядом.

— Соня, пойдём, — тихо сказала Яна. — Сейчас не место.

— Нет.

Я смотрела на Катю.

Она больше не казалась яркой, уверенной и лёгкой. Стояла бледная, с размазанной тушью под одним глазом, растрёпанными волосами и руками, вцепившимися в края чужой футболки.

Но жалости я не чувствовала.

Только тошноту.

— Как давно? — спросила я.

Катя открыла рот.

Никита ответил за неё:

— Давай поговорим вдвоём.

— Как давно?

— Сонь.

— Не называй меня так.

— Хорошо. Софья.

Это прозвучало ещё хуже.

Будто между нами уже появилась официальная дистанция, о которой я не знала.

— Как давно? — повторила я.

Катя посмотрела на Никиту.

Этого было достаточно.

Не случайность.

Не один вечер.

У них уже существовал свой язык взглядов. Быстрые вопросы без слов. Привычка решать, кто и что сейчас скажет.

Так смотрят друг на друга люди, которым уже приходилось вместе лгать.

Я толкнула дверь шире.

Никита снова попытался меня остановить.

— Не заходи.

— Почему?

— Это комната Кати.

— Я знаю. Она через стену от моей.

Я шагнула внутрь.

Катя отступила.

Комната была почти такой же, как наша, только кровати стояли иначе. На одной спала её соседка, которая сейчас, видимо, находилась в коридоре. Вторая принадлежала Кате.

Гирлянда над стеной всё ещё горела мягким розовым светом.

На столе стояли две кружки.

Одна Кати.

Вторую я узнала.

Белая, с зелёной надписью «Не будить до кофе». Я подарила её Никите перед переездом. Он смеялся, что в общежитии кружку сразу украдут, поэтому подписал дно маркером.

Я перевернула её.

Н. Б.

Рядом лежала зарядка.

Не просто похожая.

На проводе была синяя изолента. Я сама замотала место у штекера, когда кабель начал трескаться.

На полке возле зеркала стояла мужская зубная щётка.