Книга Измена на Первом Курсе, страница 102 – Мира Лаверн

— Слишком литературно, — напомнил Марк.

Я вздохнула.

— Мы приехали вместе. Это не значит, что обязаны уйти вместе.

Пауза.

Он смотрел так, будто хотел сказать больше.

По сценарию молчал.

Потом:

— Ты останешься?

— Да.

— Из-за учёбы?

— Из-за себя.

Этой реплики раньше не было.

Я добавила ночью.

Марк не спорил.

Герой кивал.

Уходил.

Я смотрела вслед.

Один раз.

Потом брала рюкзак.

И шла в противоположную сторону.

— Хорошо, — сказал Арсений. — Теперь с камерой.

Первый дубль испортил велосипедист.

Во втором я слишком быстро отвернулась.

В третьем Марк произнёс реплику без паузы.

В четвёртом ветер заглушил звук.

В пятом всё получилось.

Почти.

Арсений просмотрел.

— Соня, когда он уходит, ты улыбаешься.

— Нет.

— Немного.

— Героиня может.

— Почему?

Я посмотрела на запись.

Улыбка действительно была.

Не радостная.

Слабая.

Почти незаметная.

— Потому что ей больно, — сказала я. — Но она уже знает, что переживёт.

Марк стоял рядом.

Не комментировал.

Арсений посмотрел ещё раз.

— Оставляем?

— Да, — ответила я.

Марк спросил:

— Уверена?

— Да.

— Тогда ещё один страховочный.

— Зачем?

— Потому что режиссёр параноик.

— Ты сейчас актёр.

— Уже вышел из кадра.

Мы сняли шестой.

В нём улыбки не было.

Технически он оказался чище.

Лида сказала, звук лучше.

Арсений предпочитал шестой.

Марк — пятый.

— Почему? — спросила я.

— В пятом есть жизнь.

— Очень конкретно.

— В шестом ты играешь правильный финал.

— А в пятом?

— Не успела сыграть.

Я посмотрела.

Он снова анализировал меня.

Но говорил о сцене.

В рамках правил.

— Оставим оба до монтажа, — решила я.

— Хорошо.

Солнце начало подниматься.

Не появилось из-за облаков.

Просто стало светлее.

Команда собирала технику.

Я стояла возле парапета.

В том месте, где должна была закончиться старая история.

Раньше герой приходил.

Обнимал.

Обещал.

Теперь уходил.

А героиня оставалась не ради него.

Фильм ещё не вернули в конкурс.

Комиссия могла запретить.

Но финал был снят.

Мой финал.

Марк подошёл.

Остановился в нескольких шагах.

— Хороший дубль.

— Какой?

— Пятый.

— Арсений выберет шестой.

— Ты утверждаешь смысл.

— Значит, пятый.

— Не обязательно.

— Ты только что агитировал.

— Я сказал мнение.

— И оно совпадает с моим.

Марк кивнул.

— Тогда пятый.

Мы стояли молча.

Я хотела сказать, что он хорошо сыграл.

Не как Никита.

Не как режиссёр, случайно оказавшийся перед камерой.

По-настоящему.

Но это могло прозвучать лично.

— Реплика перед уходом получилась, — сказала я.

— Спасибо.

— Не привыкай.

Он почти улыбнулся.

— Не буду.

Арсений позвал:

— Если вы закончили профессионально молчать, несите стойки.

Мы оба пошли.

Каждый взял по стойке.

Не одну на двоих.

Отдельно.

В общежитие я вернулась около девяти.

Яна пришла раньше, потому что у неё начиналась пара.

Когда вошла, она стояла возле окна в куртке.

Телефон в руке.

Не собиралась уходить.

— Ты чего?

Я поставила сумку.

Яна повернулась.

Лицо было таким, что я сразу перестала улыбаться.

— Что случилось?

Она молча протянула телефон.

На экране был университетский паблик.

Новая публикация.

Заголовок:

«Полная история той самой ночи в общежитии».

Ниже — видео.

Я узнала первые секунды.

Коридор седьмого этажа.

Дверь Кати.

Мой голос.

Запись начиналась не с того, как Никита вышел босиком.

Не с Кати в его футболке.

Не с зубной щётки.