Книга Ковчег Иуды, страница 89 – Андреас Грубер

Кёрнер взлетел по лестнице на верхний этаж, к мансарде. На двери в комнату Мартина всё ещё висел плакат с Эйнштейном. Проход был заклеен жёлтой лентой. Он сорвал её и снял пломбу с двери — ту самую, которой Филипп опечатал место преступления.

На этот раз с потолочной балки не свисал труп. По полу были разбросаны книги, папки и скоросшиватели.

Кёрнер не задержался ни на секунду. Он сразу пересёк комнату и подошёл к чёрному плакату на стене.

«Весёлое побоище», группа Edge of Sanity… Свиньи должны быть забиты.

Он вытащил из кармана ручку и уже хотел осторожно отлепить плакат от стены, как заметил, что нижний край отошёл. Полоски клейкой ленты свободно болтались в воздухе.

Они и в десять утра так висели? Тогда, когда мы с Соней Бергер нашли здесь труп?

Пока он мчался сюда с площади, в него успели закрасться сомнения. Не гонится ли он за призраком? Не он ли сам всё усложняет?

Но едва он приподнял плакат кончиком ручки и заглянул за него, как сразу понял: нет, не ошибся.

За плакатом скрывалась выдолбленная в стене ниша. Каким-то образом Мартину удалось выковырять штукатурку и несколько кирпичей, так что образовалось прямоугольное углубление глубиной сантиметров пятнадцать — туда без труда поместилась бы папка формата А4.

Но тайник был пуст.

Ни папок, ни кассет, ни компакт-дисков, ни дискет, ни пачки бумаг. Только крошка штукатурки, известняк и пыль.

Что бы ни искал убийца в комнате Мартина, он это нашёл.

— Чёрт.

Кёрнер ударил кулаком по стене, потом набрал на мобильном номер общинного зала, где его ждали остальные. Уже на втором гудке он насторожился.

А если линию прослушивают? Есть ли хоть доля правды в филипповой теории заговора? Здоровая доля паранойи ещё никому не вредила.

Кёрнер прервал вызов и набрал мобильный Филиппа.

Долго объяснять он не стал.

— Здесь что-то скрывают. Сабина и Мартин об этом знали. У мальчика были документы, и теперь их нет.

— Где ты, чёрт побери? — спросил Филипп.

— В комнате Мартина. Проверь чёрный плакат на стене на отпечатки пальцев. Пусть Бергер выяснит всё о его жизни: где он копал, кто ему помогал, с кем обсуждал свои поиски. Пусть опросит всех, кто видел его за этим занятием.

Он перевёл дух и продолжил:

— Тем временем Базедов пусть попробует взломать файлы на компьютере. А вы с Яной поезжайте в церковный архив отца Сахмса. Выясните, что именно искал Мартин и как это связано с отцом Дорном.

На другом конце повисло молчание.

— Ты всё запомнил? — спросил Кёрнер.

— Запомнил, — буркнул криминалист. — Но на всё это уйдёт не меньше нескольких часов.

— Мы всё равно застряли в этой деревне.

— Спасибо, что напомнил. А ты чем займёшься?

— Поеду в муниципалитет и посмотрю деревенскую хронику. Хочу понять, найдётся ли там что-нибудь о катастрофе на каменноугольной шахте.

Кёрнер вышел из дома Гойссеров и поехал вниз по улице. Вода, скопившаяся в придорожной канаве, глухо билась о днище машины.

Пока Филипп и Сабриски осматривали церковь, он решил заглянуть в муниципалитет.

За несколько сотен метров до главной площади Кёрнер свернул на муниципальную парковку. Когда он выбрался из машины, ветер едва не вырвал дверцу у него из рук. Следующий порыв швырнул ему в лицо дождь.

Ну и погодка.

Мало того что лило без передышки, так ещё и буря разошлась не на шутку. Кёрнер поднял воротник и быстрым шагом двинулся со стоянки.