Книга Ковчег Иуды, страница 70 – Андреас Грубер

Приемная доктора Вебера располагалась прямо на главной улице, почти на выезде из посёлка. Бунгало с плоской крышей было одним из последних домов. Дальше тянулись только скотные сараи, кладбище и вход в штольню заброшенной шахты.

Дорога шла мимо них, вдоль кромки леса у подножия Хоэн-Гшвендта, и исчезала за поворотом в сторону Хайденхофа.

Кёрнер припарковал машину на противоположной стороне улицы. Выкрашенный в жёлтый цвет дом снаружи больше походил на детский сад. На больших окнах были наклеены витражные картинки с мультяшными героями, а под навесом болтались цветные бумажные фонарики, уже разодранные ветром.

Идиллию деревенской окраины разрушали только мусорная площадка да контейнер для утилизации трупов животных, который поставили из-за паводка.

Двое коммунальных рабочих в жёлтых комбинезонах сгружали с платформы грузовичка мёртвых косуль и зайцев — вероятно, выловленных из разлившегося Трира, — и швыряли их в контейнер. До Кёрнера донёсся сладковато-тяжёлый запах падали. Он невольно поморщился.

Когда они переходили улицу, к контейнеру уже подкатил следующий грузовичок.

В приёмной было битком. Десятки женщин и детей сидели вплотную друг к другу или теснились у стойки регистрации. Под ровным гулом голосов чувствовались усталость и тревога. От мокрых плащей тянуло сыростью. Люди буквально парили, и стекла успели запотеть.

— Боюсь, мы некстати, — шепнула Бергер.

— Запишемся на следующую неделю? — так же тихо отозвался Кёрнер.

Он протиснулся мимо ожидающих, достал служебное удостоверение и сунул его под нос помощнице.

— Доброе утро. Где доктор Вебер?

Не дожидаясь ответа, он распахнул дверь рядом со стойкой.

— Но… — женщина вскочила.

— Спасибо, я уже понял.

В конце коридора была приоткрыта дверь. Из комнаты доносился голос врача. Бергер пошла за Кёрнером. Через мгновение они уже стояли в дверном проёме и смотрели на доктора Вебера: сидя за столом, он листал настольный календарь, зажав телефонную трубку между щекой и плечом.

— Пришлите своих людей. Сегодня и завтра я делаю у себя ревакцинацию от столбняка.

Он слушал, хмуро постукивая пальцем по столу.

— Нет, конечно, бесплатно. А вы как думали?

Он коротко, сухо усмехнулся.

— Вы вообще представляете, что здесь творится? Люди работают в затопленных каналах и залитых очистных сооружениях, питьевую воду затянуло илом, в потоке плавают туши животных, кругом ядовитая грязь. Колодцы заражены. Неужели непонятно, что риск столбняка сейчас в разы выше?

Он прикрыл трубку ладонью.

— Идиот, — пробормотал он.

И сразу заговорил снова:

— Да-да, подождите, пока первые дохлые рыбы начнут застревать в иле или их вынесет из русла. Мы сможем находить и убирать трупы животных только тогда, когда пойдёт запах разложения, а тогда будет уже поздно. Через пару дней придётся дезинфицировать зараженные колодцы и откачивать воду… Хорошо. К четырнадцати. Будем ждать.

Он с грохотом опустил трубку и крикнул в сторону приёмной:

— Сегодня после обеда на прививки придут двадцать человек из Красного Креста!

В ответ донёсся измученный стон.

Только после этого врач повернулся к Кёрнеру.

— Чем могу быть полезен?

Прическа у Вебера была все такой же встрепанной, голос — все таким же резким, как накануне. Лицо, изрытое следами акне, удивительно подходило к его жёсткой манере держаться.