Книга Вино с нотками смерти, страница 82 – Виктория Балашова

Решив как-то задобрить даму, Герман постарался себя реабилитировать.

— Почему же. Про маски, конечно, не в курсе. Но моя коллега просила именно из этого магазина ей привезти масло для готовки. Я сам здесь по обмену опытом. У нас в городе таких магазинов нет.

Дама сочувственно покивала, а Герман постарался перевести разговор в нужное русло.

— Как вы думаете, кто мог убить хозяина? Конкуренты? Так вроде нет в Ярославле ему особо конкурентов. Личные мотивы? Не замечали тут никаких странностей в последнее время?

Дама задумалась.

— Странное было. Пожалуй, да, вы правы. Именно странное. Казалось, все ополчились против хозяина. Альберт его звали. Имя еще такое странное. И у его подруги тоже редкое — Матильда. Так вот, постоянные покупатели знали, что они любовники. А те, кто работают в магазине — ее родственники. Всегда смеялись, болтали друг с другом, если народу мало. Но тут их как подменили: стали грустные что ли… С покупателями, конечно, общались как прежде. Может, я теперь и надумываю всякое, — она нахмурилась. — Как будто против него, понимаете.

Своеобразный коллектив магазина сразу привлек внимание Германа, а тут еще такое: «ополчились». И алиби у них не очень. Хотя у брата Матильды алиби вроде крепкое. Но время его передвижения по городу, маршрут, не мешало бы проверить.

— Спасибо, — поблагодарил Герман даму. — А вот странный вопрос, — он замялся. — Бабуля ко мне подошла вчера. Тут, пока возле магазина мы еще стояли. Плела что-то про тайное общество, которое здесь собирается. Не слыхали ничего такого?

— Ой, наверное, бабка про книжный клуб говорила. Рядом со служебным входом находится библиотека. В ней вечерами любители литературы собираются, — она рассмеялась. — Я изредка хожу к ним, когда делать нечего. Забавные! Со стороны, когда мы расходимся, можем вполне выглядеть тайным обществом! Темно во дворе — никак фонари там не поставят. Мы фонариками с телефонов светим. О масонах говорим.

— Бабка говорила, это не масоны. А какое-то общество Оливио дель Пино Гриджо.

Дама засмеялась громче.

— Идиотка, простите! В книжном клубе у всех прозвища, ну так повелось. Так как магазин дверь в дверь с библиотекой, туда работники магазина тоже часто захаживали. Вот у хозяина и была такая кличка что ли. Прозвище внутри клуба — Оливио в честь масла, которым он торговал, а дель Пино Гриджо в честь вина ему добавили. Он и вином торговал, но продлевать лицензию, когда закончилась, не стал. Говорил, очень дорого, а денег особо лишних нет.

После беседы с дамой уверенность Германа в необходимости встречи с работничками-родственничками выросла многократно. Однако для проведения допроса следовало получить «добро» от Мстиславовича. А перед этим заглянуть по собственной инициативе в библиотеку — порасспросить про «тайное» общество.

— Да, собираются тут у нас, — вздохнула директор библиотеки. Единственная из сотрудников оказавшаяся на месте. — Странные люди. — покачала она головой.

— Почему странные? — поинтересовался Герман. — И вроде вы не сильно рады этим собраниям? Хорошо же, люди книжки обсуждают.

— Мы тоже вначале так думали. Но народ там специфический. Историки сплошь. Изучают книги по сотворению мира.

Герман искренне удивился: на его не очень исторически-подкованный взгляд на тему сотворения мира написано было не много. Ну не так много, чтобы регулярно собираться и обсуждать подобные книги.