Книга Вино с нотками смерти, страница 80 – Виктория Балашова

Пекло. Жара становилась невыносимой. Он посмотрел вдаль, силясь разглядеть мираж. Это лучше, чем ничего. Иногда там находится выход. Его всегда возвращали обратно. Но те людские часы, дни, наполняясь звуками, запахами, вкусами, возможностью говорить, стоили жертв. После те воспоминания изводили его. Несмотря на это, он снова и снова искал выход. Он ненавидел людей и обожал их. Со всей растекающейся по пустыне страстью он искал выход. В большинстве случав вдали маячили лишь стражники. О, им нравилось в пустыне. Около границы плескалось море, сами стражники имели некую видимость плоти — ведь они стояли на границе, являясь одновременно представителями пустыни и мира людей. Они могли есть и пить, плавать, скрываться в тени. Да, у них существовала тень! Завидовал ли он им? Скорее нет, чем да. Охранять выход? С ума можно сойти! Он бы тут же прошел в мир людей. С такими искушениями лучше не сталкиваться. Он был уверен, что сразу пересечет границу, и никому его не остановить. Впрочем, он не стражник. Его никто и не пытался ставить туда, где пахнет соленой водой, где так сочны фрукты, где вполне реальная пушистая шкура покрывает упругое тело… Заболтался…

Именно в это мгновение он увидел мираж. Без четких границ, будто в дымке, появлялись перед ним зеленые оливы, из-под ног убегала вдаль сочная трава. Вдали едва очерченными высились горы. Он не пошел — побежал — по траве. Она мягко пружинила, отталкивая ступни от земли. У него не было ног, тела, но сейчас он мог ощущать каждую клеточку своего организма. «Эх, душа! Бесплотная, неосязаемая! Бездельница душа, обожженная солнцем! Зачем ты мне? — кричал он, хотя из него не изрыгалось ни звука. — Люди глупы! У них есть все, что им нужно! А они придумали душу. Чтоб как у нас. Только не знают они, как у нас. Без тела. Зато с душой!» Он перепрыгнул через лужу, что осталась после дождя. Не рассчитал, и брызги окатили его с головы до ног. Захотелось закатать штанины и прыгать, прыгать в теплую лужу, пока от нее ничего не останется, кроме мокрой земли.

К нему шла женщина. Ох, любых существ в мираже следует опасаться. Он пригляделся.

— Афродита! — вскричал он, еле двигая несуществующими потрескавшимися губами.

Одна из тех, кого в начале сотворения мира отправили через границу помогать людям, шла, выпрямив спину, с амфорой на плече. Непростая загадка: она могла быть и настоящей, ведь из мира людей помощники ушли давным-давно, поняв, что исправлять они ничего не успевают. Рук не хватало, на самом деле. Мир стал слишком большим. Он иногда жалел, что помощником не отправили среди прочих его — уж он бы не вернулся.

Так идти к ней или нет? Выход есть или опять обман?

* * *

— Давайте посмотрим, что у нас здесь вырисовывается.

На совещание по поводу убийства хозяина магазина собрался весь коллектив. Работка предстояла неприятная, а главное с малой надеждой на успех: ни следов, ни отпечатков, ни волос, как говорится, ни ногтей. Камера никого кроме хозяина и тетки, обнаружившей труп, не зафиксировала. Работники магазина пребывали в двойном шоке. Во-первых, они переживали из-за убитого хозяина, во-вторых, из-за неопределенного будущего. Пока магазинчик был закрыт, да и потом неизвестно, что будет. Одной из продавщиц работала подруга убитого. Однако она ему официальной женой не приходилась. Магазин в данный момент наследовать было некому. У работников быстренько нашлись хлипкие алиби на момент убийства, да и выгоды особой убивать хозяина магазина у них не наблюдалось.