Книга Тайна пропавшей рукописи, страница 104 – Виктория Балашова

— Тогда, что бы ни случилось, ты должен в конце года быть у нас.

— Мэри, наверное, следует поменьше работать в таверне, – осторожно заметил Уильям, побольше гулять и отдыхать.

— Вот и я ей это же говорю. Может, она хоть тебя послушает. Мэри, ты слышишь, тебе надо прекратить проводить весь день на кухне.

— Мне будет скучно. Пока я хорошо себя чувствую, я хочу продолжать общаться с людьми.

— Упрямая. Не переубедишь, – Джон с нежностью посмотрел на жену.

В то лето Уильям часто гостил у Джона и Мэри. Ему стало казаться, что они его настоящая семья. Мэри всегда спрашивала о том, что он пишет, что играет в театре. Джон интересовался его финансовыми делами, давал полезные советы. В Стрэтфорде Уильям появился всего раз, и то проездом: его театр играл неподалеку.

Осенью, вернувшись в Лондон, он ждал известий от Мэри. В любом случае Уильям собирался к ним ехать на Рождество, не полагаясь на почту, – ребенок уже точно должен будет к тому времени родиться.

— И ты веришь в то, что это твой ребенок? – Джеймс и Уильям сидели в любимой таверне неподалеку от театра.

— Зачем Мэри врать? – удивился Уильям. – Она остается с мужем, но считает, что я должен знать правду. А я чувствовал, случится какое-то важное событие. И вот, видишь, был прав. Я так летом спешил в Оксфорд – знал, что меня там ждут известия.

— Ты счастлив. Не пойму, почему. Твоего ребенка будет воспитывать чужой человек.

— Джон не чужой человек, – поправил Джеймса Уильям. – Он стал мне близким другом. Джон будет прекрасным отцом, я уверен. Я же собираюсь принимать участие в воспитании ребенка, насколько смогу. Уверен, крестный отец – это накладывает даже больше обязательств.

— Хорошо, – сдался Джеймс, – раз ты так смотришь на вещи, то делай, как знаешь. Кстати, о твоем брате. Эдмунд прекрасно справляется с ролью. Видимо, вы с ним в этом похожи.

— Я рад. Надеюсь, в моей жизни началась светлая полоса. Скоро родится ребенок, младший брат, которого я так люблю, живет теперь со мной в Лондоне. Пьеса, написанная в честь короля, прошла с успехом. Несмотря на твои предостережения.

— В «Макбете» попахивает заговором, – усмехнулся Джеймс, – но король, видимо, был так впечатлен шотландскими ведьмами, легендами и сказками его родины, которые ты умело вставил в повествование, что не обратил на это внимания.

— Мне очень помогла Мэри. Мы с ней этим летом обсуждали книги о Шотландии, сюжет. Она молодец. Могла бы и сама писать книги.

— Пусть пишет, – пошутил Джеймс, – нам новые пьесы никогда не помешают. Возьмем ее в театр постоянным драматургом.

— А что? Подам ей идею. У Мэри и вправду богатое воображение, она много читает. Почему бы и не попробовать писать?

— Эх, Уильям! Эта женщина совсем вскружила тебе голову. Мою шутку ты воспринял серьезно.

— Потому что в твоей шутке кроется истина.

— Если Мэри дает тебе советы по поводу твоих пьес, это вовсе не значит, что она сможет писать сама. И потом, она женщина.

— И что? Мы будем первым театром, в котором будут идти пьесы, написанные дамой.

— Это у тебя богатое воображение, – Джеймс вздохнул, – но тебе оно необходимо. Ничего не поделаешь…

В тот же день Уильям сел писать письмо Мэри. Правда, прежде он поговорил с братом. Эдмунду было двадцать пять. Он обладал спокойным характером и приятной наружностью, что располагало к нему людей. Мать не хотела отпускать его с Уильямом в Лондон. Но мягкий Эдмунд смог настоять на своем, не без поддержки старшего брата…