Книга Янтарный след, страница 247 – Елизавета Дворецкая

Здесь было четверо молодых мужчин, двое чуть помоложе, двое постарше. Двое молодых были одеты в плотно прилегающие вороновы перья – один в черные, другой в белые. Тела двоих старших собратьев так же плотно покрывал волчий мех – у одного черный, у другого белый. Свободными оставались только головы с длинными волосами – у двоих черными, у двоих белыми.

А между парами братьев стояла женщина, сама похожая на звезду. В белой одежде, в кольчуге, с пышными волнами серебристых волос, с глазами, будто серебряное пламя. В руке ее было копье, и она не столько опиралась на него, сколько держалась, чтобы оставаться на земле – неведомая сила приподнимала ее над снегом, грозя увлечь в небеса.

Все пятеро смотрели на Снефрид.

— Привет и здоровья вам… дети Вёлунда, конунга альвов! – Голос Снефрид звучал довольно твердо, но душа ее трепетала.

— Привет и тебе! – за всех ответил Хравн Черный, стоявший к ней ближе всех. В его глазах и голосе сквозила непривычная грусть. – Мы позвали тебя, потому что нам нужно кое-что тебе сказать.

— Я слушаю, – скромно ответила Снефрид.

Мельком она подумала: не чтобы откусить мне голову, уже хорошо, – и в тот же миг заметила, что лицо Ульва Белого дрогнуло в усмешке, а зеленый глаз быстро ей подмигнул.

— Всеотец отправил нас всех к тебе сегодня, – продолжал Хравн Белый. – И вот что он сказал. На всем этом пути его взор и его мысль были с тобой, Снефрид Серебряный Взор. Сопровождали тебя на каждом шагу. Ты внушила восхищение Всеотцу: твоя отвага, присутствие духа, ум, стойкость, гибкость, дружелюбие… и, конечно, красота. Такая женщина, как ты, украсила бы строй валькирий. Ты достойно боролась за свою покровительницу, Невесту Ванов, но пора тебе понять: Всеотец не проигрывает.

При этих словах у Снефрид возникло безнадежное чувство, будто она уперлась в стену из льда: прозрачную, но непреодолимую. Она забралась так далеко, и что же – дальше пути нет? Край света – здесь?

— Ты умела выбирать себе таких покровителей, – очень низким, рычащим голосом продолжал Ульв Черный, – которым Всеотец не мог желать поражения. Эйрик, Олав, Свенельд – все это его люди. Даже Хлёдвир отчасти имеет право на его покровительство. Ты помогала им, Всеотец помогал тебе. Ты доказала, что не имеешь себе равных среди женщин, но бороться с Всеотцом не по силам даже Фрейе.

— Ты сделала достаточно, чтобы заслужить высшие награды, – заговорила Скульд, и ее голос был холоден и звонок, будто серебро на морозе или звездная капель. – Всеотец даст тебе эти награды, если ты не будешь упрямиться и покоришься его воле. Тот, кто следует воле Всеотца, вознесется. Тот, кто противится ей – будет разбит. Вернись, и Всеотец сделает тебя королевой свеев. Чего больше ты могла бы желать?

— А если я не вернусь? – тихо спросила Снефрид. – Что будет тогда?

— Я не знаю, – спокойно сказала Скульд. – Будущее сплетается из тысяч и тысяч выборов, которые делаются людьми каждый миг, а корни этих выборов лежат в далеком прошлом. Ни боги, ни норны не могут предсказать последствий всех этих выборов. Мы лишь следим за тем, чтобы каждый пожал плоды своих решений.

— Я не верю, что Один видит настоящего соперника в смертной женщине, которая всего лишь хочет быть со своим мужем, как тысячи и тысячи обычных женщин, – мягко сказала Снефрид. – Это было бы для него слишком мелко.