Книга Оружие Вёльвы, страница 166 – Елизавета Дворецкая

— Это молодая женщина, не более двадцати пяти лет, хотя старше двадцати. Она высокого роста, худощавого сложения. У нее красивые светлые волосы, белая кожа, легкий румянец. Лицо продолговатое, черты правильные, но жесткие, подбородок твердый, как у мужчины. Она красива, если захочет того, но может сделаться суровой, как сама норна Урд. А особенно приметные у нее глаза – они серебристо-серого цвета, как чищеное серебро.

— Но как может быть его вирд-коной женщина моложе его самого? – усомнился Тюрвинг Сеть, один из Бьёрновых хёвдингов.

— Верно! – поддержала его госпожа Сольвейг. – Эйрику лет двадцать шесть или двадцать семь. Его вирд-кона должна быть старше его на столько лет, чтобы могла быть взрослой уже в то время, когда он родился! Она не может быть моложе меня!

— Эта женщина настолько сведуща, что может изменять свой облик. Она была старой, а теперь сделалась молодой.

— Вот как! – Сольвейг всплеснула руками. – Пожалуй, я бы поучилась у нее обращаться в молодую!

— Постой! – вдруг вскрикнул Бьёрн Молодой, напряженно что-то соображавший. – Да я ее знаю! – Он беспокойно засмеялся, радуясь, что вспомнил. – Конунг! Она не может быть его вирд-коной. Я знаю такую женщину, я видел ее зимой в какой-то усадьбе на востоке, пока мы с отцом ездили по стране. Не помню где, но хорошо помню, что ее зовут Снефрид, ее отец – Асбранд Эриль, и у них была тяжба из-за денег… кажется, ее муж кому-то задолжал…

— Но как же она могла попасть к рыжему ублюдку? – Бьёрн нахмурился. – Ее отец – его сторонник?

— Этого я не знаю, конунг. Когда мы виделись зимой, об Эйрике никто из них и словом не обмолвился. Может, он каким-то образом захватил ее в плен? Мог пограбить побережье, а они жили не так далеко от моря…

— Так она – его рабыня? – Бьёрн вопросительно взглянул на Триди.

— Для рабыни она слишком хорошо одета – в цветное платье и шелк – и держится слишком свободно. Она всем распоряжается в Кунгсгорде, как если бы была его женой.

— Ну, это не удивительно! – сказал Тюрвинг Сеть. – Знаешь, конунг, что я скажу: если эта женщина так молода и красива, то нечего дивиться, если Эйрик проводит с нею ночи и позволяет распоряжаться, как хозяйке, пока у него нет настоящей жены. Знать ворожбу такой женщине без надобности. Эйрику, сдается мне, от нее нужно кое-что другое!

Народ вокруг с пониманием рассмеялся.

— Сдается, ты зря отнимаешь у меня время, разбойничья рожа! – Бьёрн неприязненно глянул на Триди. – Не знаю, какими пожитками ты хочешь поживиться, но не думай, что ради этого удастся втравить меня в такое глупое дело.

Триди немного помолчал, потом обронил:

— Как бы тебе не пожалеть об этом.

— Не знаю, конунг, каким образом Снефрид дочь Асбранда могла попасть к Эйрику, – сказал Бьёрн Молодой, – но я сам видел эту женщину и могу присягнуть: она очень красива, умна и ловка, но на ворожею совсем не похожа!

Два человека, напряженно слушавшие эту увлекательную беседу из задних рядов толпы, ошарашенно переглянулись…

* * *

Снефрид была в поварне и следила, как рабыни чистят и жарят рыбу утреннего улова, когда ее отвлек Лунан. Лунан был из числа рабов в усадьбе, ирландец родом, и за недолгие дни он стал ее лучшим помощником. Ростом невысокий – ниже Снефрид, – он был худощав, свеж, карие глаза его всегда были веселыми, а на губах при виде нее появлялась искренняя улыбка. Бородка у него была клочковатая, как у юноши, и поначалу Снефрид сочла его своим ровесником. Только потом разглядела, что у него седые виски, а вокруг глаз целая сеть тонких морщин. Чуть ли не с первого мгновения он всем видом давал понять, что безумно полюбил новую госпожу. Снефрид не принимала эту любовь близко к сердцу, но было удобно иметь под рукой человека, который хорошо знает, где что в усадьбе есть, куда гоняют коров, а куда – коз, сколько обычно вылавливают в Озере рыбы, кто в челяди лучше всех чинит башмаки, кто из женщин ловчее управляется с варкой сыра, а кто – с курами и все такое.