Книга Констанция. Книги 1-6, страница 83 – Жюльетта Бенцони

Глядя на нее, Филипп совсем не боялся, что девушка может сорваться, настолько ловко и уверенно она действовала, будто она всю жизнь только и делала, что лазила по деревьям.

Наконец, птенцы были водворены на место, Констанция еще что-то им пошептала, словно прощалась, и только потом удосужилась глянуть вниз.

Филипп, приготовивший столько слов для встречи, тут же их забыл. Он виновато улыбнулся и развел руками в стороны.

— Я пришел, Констанция.

Девушка ответила такой же лучезарной улыбкой и только тут сообразила, что подол ее платья подобран.

Она, суетясь, стала вытаскивать его из-за широкого кожаного пояса и чуть не сорвалась вниз, настолько велико было ее волнение.

— Тебе помочь спуститься? — крикнул Филипп.

— Нет, я сама, — отрезала Констанция. Она вновь пробралась по наклонному стволу дерева и подошла к ручью.

— Ты хочешь сюда?

Филипп показал на плоский камень. Констанция отрицательно качнула головой.

— Нет, Филипп, а вдруг будет как в прошлый раз? Приедет кто-нибудь из кузенов, и тебе может и не удастся спрятаться.

— Честно говоря, я и не задумывался над этим, — замялся Филипп Абинье, — но я приехал не просто так.

Он пробрался по выступавшим из ручья камням прямо к Констанции. Они стояли друг напротив друга, не решаясь приблизиться.

— Я привез тебе подарок, — Филипп протянул руку и разжал ладонь.

На ней сверкнуло золотое кольцо с жемчужиной. Конечно же, жемчужина не шла ни в какое сравнение с жемчужиной на медальоне Констанции, но вызвало такую бурю восторга, что право, если бы это видел дядя, он был бы тоже рад.

Констанция примерила кольцо и улыбнулась. Даже на указательном пальце оно не держалось, было слишком велико.

— Спасибо тебе, Филипп, я что-нибудь придумаю, ведь это твой подарок.

— Должен же был я отблагодарить тебя за то, что ты спасла мне жизнь, — Филипп сказал совсем не то, что хотел.

Но Констанция поняла его истинные мысли и прикоснулась к его руке.

— Ты не сердишься на меня? — спросил Филипп.

— Что ты, мне никто еще не делал таких подарков.

— Извини, Констанция, что оно не пришлось тебе впору, ведь я даже не держал твою руку в своей.

— Теперь можешь, — Констанция вложила свою ладонь в пальцы Филиппа. — Пойдем отсюда, вдруг кто-нибудь увидит. А насчет кольца… Во-первых, оно мне велико, а во-вторых, я все равно не могу его надеть.

— Почему?

— Кто-нибудь из кузенов или дядя Гильом спросят у меня, откуда я его взяла. И что я им отвечу?

— Об этом я тоже не подумал, — пожал плечами Филипп.

— Пойдем, пойдем, я покажу, где приготовила для него место, — и Констанция повела Филиппа по крутому склону к зарослям кустарника.

Она раздвинула ветки, и молодые люди оказались в каком-то подобии не то дома, не то шалаша. Здесь лежал ствол старого поваленного дерева, его ветви были аккуратно обрезаны. Вокруг небольшой поляны возвышалась непроходимая стена кустов, а над стволом поваленного дерева был сооружен навес из сухих веток и

Сена.

— Это укромное место, — сказала Констанция. — Когда я хочу побыть одна, совсем одна, — добавила девушка, — прихожу сюда. Никто не может меня найти, никто из кузенов не знает о нем. Все они ищут меня у ручья, а я сижу здесь.

Филипп осмотрел убежище Констанции. Здесь, на высохшем суку дерева были навязаны разноцветные ленточки, в развилке сучьев поблескивал осколок зеркала.