Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 350 – Жюльетта Бенцони

Однако в Париже о Марии часто вспоминал совсем другой мужчина. То был не супруг, хотя Клод де Шеврез и предпринял несколько попыток ее реабилитации, а коадъютор де Гонди, отводивший Марии роль факела, способного поджечь фитиль заряда, который он готовился заложить под Мазарини. Де Гонди прислал к ней одного из своих друзей с конкретным поручением: обольстить, стать ее любовником и таким образом накрепко привязать Марию к их делу. Звали его маркиз Жоффруа де Лэг и барон дю Плесси-Патэ, в прошлом капитан французской гвардии, оставивший свой пост по личным причинам.

Его представили Марии, та сочла его посредственным. Может, оттого, что она все еще была в плену обаяния демонического Сен-Ибаля. Хотя это был красивый мужчина тридцати четырех лет, высокого роста и крепкого телосложения. Надменное округлое лицо с чуть вздернутым носом обрамляли вьющиеся светлые волосы, взгляд карих глаз был властным и внимательным.

Он немедленно этаким завоевателем ринулся обольщать Марию, но лишь вывел ее из себя. Она сразу дала ему это понять.

— Мне приятно, мсье, что вы обо мне столь лестного мнения и что желаете, как бы поделикатнее сказать, услужить мне всеми имеющимися у вас средствами. Но, помимо тех новостей, что я жду от вас, поскольку вы приехали из Парижа, я не вижу, чем бы вы могли быть мне интересны.

— Мне больно это слышать, герцогиня, а мне так хотелось вам понравиться, – ответил маркиз де Лэг, пощипывая ус.

— С чего бы это?

— А что вас удивляет? Вы давно мне нравитесь!

— А вот это удивительно, поскольку я что-то не припомню, чтобы я вас когда-нибудь прежде видела. Рассказывайте ваши новости.

Новости оказались важными. Желая продолжать политику Ришелье, но, не имея для того достаточных средств, Мазарини и Анна Австрийская положили Париж на лопатки, в особенности парламент, который стал вести себя независимо и хотя являлся всего лишь Верховным судом, но упразднил должности интендантов и снизил подати. Напуганная тем, что творилось в Англии, где король едва не потерял корону, Анна и кардинал заняли выжидательную позицию. Воспрянув духом, высшее дворянство объединилось, противясь новым поборам. Поддержанный парижским людом, инстинктивно ненавидевшим Мазарини, парламент дерзнул приняться за реформирование королевства, с чем регентша согласиться не могла. Королева приказала арестовать одного из самых ярых членов Совета – Брусселя. За одну ночь Париж покрылся баррикадами, заперев королеву, маленького короля и Мазарини в Пале-Рояле…

Зачарованная Мария слушала во все уши. Неужели сбудутся ее мечты и сам народ свергнет ненавистного Мазарини, осмелившегося занять около королевы ее место?! Словно театральный занавес, тяжелые тучи, скрывавшие будущее, стали медленно подниматься вверх.

— Скажите мне, маркиз, вы ведь говорите о революции?

— Не совсем, мадам герцогиня. Скажем, бунт, правда, обретший свое название – Фронда!

— Фронда? Рогатка, как детская игрушка?

— Которая может стать и смертельным оружием. Да, мадам!

— Название мне нравится! Да здравствует Фронда! Только скажите… У них уже есть предводитель?

— Называют имя коадъютора Поля де Гонди, однако скоро во главе движения будет человек более именитый: скоро из замковой башни Венсена будет освобожден герцог де Бофор. Ну что, мадам, теперь вы довольны мною?