Книга Интриги Марии. Книги 1-2, страница 316 – Жюльетта Бенцони

— Хотелось бы мне взять тебя с собой, но ты мне будешь больше нужна здесь, скорее даже в Туре. Отправишься туда завтра и запрешься в Мастьере, мажордому скажешь, чтобы все было так, будто я там живу, но больна и потому не принимаю никого. Останешься там, чтобы от моего имени сообщать новости тому, кто за ними обратится. Полагаюсь на твою сообразительность.

— Вы решили оставить меня там? – заплакала Эрмина. – Но я не хочу вас покидать.

— Когда я буду уже на месте, я отправлю людей и за вами – за тобой и Анной.

— Вы говорите это, чтобы утешить меня, но я-то знаю, что больше вас не увижу!

И на этот раз она уже заплакала навзрыд, да так, что растрогалась и Анна.

— И это все, на что ты способна ради хозяйки? Разве я плачу? – сурово спросила Анна. – То-то же, мадемуазель Эрмина, утрите свои глазки, настанет время, и мы приедем к госпоже герцогине.

Мария добавила:

— Пойми же, если вас увидят в Туре, тебя и Анну, то будут уверены, что, значит, и я в городе. Если у вас возникнет нужда, обратитесь к его преосвященству, он о вас позаботится.

Хорошо было бы обойтись без этого. Отдав распоряжение Перану к половине девятого находиться в глубине парка с двумя лошадьми и небольшим багажом, Мария занялась собой. Она решила, что не возьмет с собой ничего, кроме золота и драгоценностей.

Итак, она начала готовиться к бегству: нанесла смесь тонкой кирпичной пыли и сажи на лицо и кисти рук, цвет кожи получился более темный, чем ее естественный. Затем надела черный мужской костюм: дорожная куртка свободного покроя, штаны, полукафтан, сапоги с ботфортами и плащ. После чего она надела парик, закрепив его лентой из черной тафты, прикрывшей ее лоб, как если бы она прикрывала рану.

— Следствие дуэли! – обронила она. Накануне опасного, но в то же время будоражащего приключения к ней наконец-то вернулся юмор. Необходимость действия была все же лучше унылого существования…

— Вас не узнать! – проговорила потрясенная результатом Эрмина.

— На это я и рассчитываю, – удовлетворенно кивнула Мария, прохаживаясь перед зеркалом. – Ну а теперь я говорю вам всем «до свидания». А вам двоим, Эрмине и Анне, «до встречи!».

Украсив себя бородкой и дополнив костюм черным кожаным поясом со шпагой и кинжалом, она надела на голову фетровую шляпу, украшенную неброским пером, натянула перчатки и покинула замок в сопровождении Эрмины, вооружившейся свечой, направляясь к боковой калитке, которую девушка должна была закрыть за нею.

Там она и обернулась к Эрмине в последний раз:

— Не целую тебя, чтобы не испачкать, считай, я все же это сделала. Не падай духом, Эрмина! Я тебе напишу…

С этими словами Мария направилась в полумрак парка со странным чувством освобождения, что было удивительно, поскольку над ее головой нависла серьезная опасность. Если ее узнают, она будет закована в кандалы, насильно доставлена в каменный мешок либо в Бастилию, либо в Венсен, или в другую тюрьму ждать приговора, уж несомненно беспощадного. В лучшем случае ее отвезут в далекую безымянную крепость, где и оставят навсегда в полном забвении. И как же это прекрасно – вновь почувствовать в себе ожившую энергию, быть молодой, полной планов, нашептываемых внутренним голосом, а может быть, еще и время для их свершения.

Невозмутимый, как всегда, Перан уже ждал ее в условленном месте с двумя лошадьми.