Онлайн книга «Волки Лозарга. Книги 1-3»
|
Луи-Филипп посмотрел на художника с насмешливым любопытством: — Так вы тоже с ней знакомы, господин Делакруа? С каким жаром вы о ней говорите! Прямо героиня… — Она и есть героиня, сир, и одна из самых смелых. Я действительно знаю ее и восхищаюсь ею. Осмелюсь добавить, что Ваше Величество тоже с ней знакомы. — Я?! — Да, сир! Я придал Свободе, которой король так восхищался, черты ее лица. — Вы говорите о той Свободе, что на баррикаде? — О ней самой, сир. Графиня Морозини согласилась позировать мне для этой картины. И я умоляю Ваше Величество положить своей властью конец несправедливости, учиненной скорее всего какой-нибудь темной личностью, которых еще полно в полиции. Некогда графиню Морозини не слишком жаловали при дворе Карла Десятого. Зато ее неизменно радушно принимали господин Талейран и герцогиня де Дино. Не будь они сейчас в Англии, они бы первыми вступились за нее. Луи-Филипп поднялся с кресла и принялся прохаживаться по кабинету. Меж бровей еще глубже залегли две грозные складки, и сердце Гортензии, в котором было затеплилась надежда, тоскливо сжалось. Она бросила умоляющий взгляд на Делакруа. Тот нерешительно проговорил: — Могу я осмелиться спросить у короля, что его тревожит? Луи-Филипп остановился и поочередно посмотрел на своих собеседников. — Мне хочется вам верить, но эта бомба, она ведь действительно была… и предназначалась для Пале-Рояля? Делакруа понял, что сейчас все может пойти насмарку и виной тому эта убийственная нерешительность, которая впоследствии отравит все его царствование и с которой могла справиться лишь мадам Аделаида, поскольку ее одну он и слушал. Значит, главное сейчас было атаковать с этого фланга. — Сир, – сказал он, – не лучше ли выяснить, кто принес эту бомбу в кафе Ламблен, чтобы наказать его по закону, а не сваливать всю ответственность на безвинную женщину? Клянусь честью, графиня Морозини никогда до того не видела этой бомбы. Я готов отвечать за свои слова. — Я тоже, – поддержала его Гортензия. — Ну тогда… если вы отвечаете… Вас-то я знаю, дорогой маэстро, но о вас, мадам, мне, в сущности, ничего не известно. Возможно, вы и впрямь дочь Анри Гранье де Берни, но как вы это докажете? Гортензия поспешно извлекла из сумочки письмо, переданное ей Луи Верне: — Вот доказательство, сир. Управляющий банком умоляет в этом письме Ваше Величество выслушать меня, и, если король соблаговолит выполнить эту просьбу, наш банк будет ему… признателен. Господин Луи Верне предоставил мне все необходимые гарантии… В серо-голубых глазах короля сквозь собравшиеся там тучи промелькнула живая искорка. — А-а, – протянул он, возвращаясь к столу. Поудобнее усевшись в кресле, он слегка потер руки. – В таком случае, – произнес он после недолгого молчания, – полагаю, надо удовлетворить вашу просьбу… Он взял лист бумаги с королевским гербом, быстро набросал несколько слов, затем, перечитав написанное, посыпал бумагу песком. — Вот приказ об освобождении из-под стражи человека, именуемого Феликсом Орсини, которого охрана тюрьмы должна будет выдать при предъявлении этой бумаги завтра утром. Но я ставлю вам одно условие. Уже преклонив колени, чтобы получить письмо из королевских рук, Гортензия подняла голову и взглянула в глаза Луи-Филиппа. |