Книга Летящий ястреб, рыжая лиса, страница 97 – Мурзель

Поднявшись на плато, несколько человек расселись на земле вокруг барабана, а остальные выстроились вдоль задней стенки Дома Солнца. У центрального столба стоял шаман в красочном облачении с перьями и пышной бахромой. Приставив ладонь к глазам, он неотрывно глядел на восток, где перламутровым румянцем занималась заря. Все затаили дыхание, и Кэтрин казалось, будто она слышит биение десятков сердец.

Небо постепенно светлело, и вот над черными зубцами гор сверкнул огненно-красный солнечный луч. Шаман тут же взмахнул рукой, и тишина взорвалось грохотом барабана.

Люди воздели руки к небу, вознося молитвы священному светилу. Один из певцов запел высоким вибрирующим голосом, и его песню подхватил хор. Индейцы начали танцевать, повернувшись лицом к восходящему солнцу.

Стук барабана то ускорялся, то затихал, будоража кровь. Мужчины, чьи лоснящиеся разрисованные тела прикрывали только набедренные повязки, плясали внутри Дома Солнца, то сходясь к центральному столбу, то расходясь от него. Женщины в ярко вышитых платьях выстроились позади полукругом и ритмично покачивались вверх-вниз.

Стоя среди них, Кэтрин ощущала себя совершенно чужой. Племя колыхалось вокруг нее как трава под порывами ветра, а она стояла неподвижно, словно выросший посреди прерии дуб.

Солнце поднималось все выше, нагревая землю. Ажурная крыша почти не защищала от палящих лучей. Кэтрин вся взмокла, и сняла жилетку, но это не слишком помогло. Она оглянулась вокруг в поисках воды, но вспомнила, что во время проведения ритуала никто из его участников не ест и не пьет.

Выдержать целый день на солнцепеке будет нелегко. Надо было прихватить с собой фляжку воды. Хотя нет. Пить на глазах изнывающих от жажды людей было бы неприлично. А как же Брайан? Господи, неужели он и правда четыре дня ничего не пил! И где он сам? Сколько Кэтрин ни оглядывалась по сторонам, она так и не нашла его в пестрой танцующей толпе.

Частые удары барабана, ритмичные движения тел, энергичное, но в то же время заунывное пение, в котором было невозможно разобрать слова — все перемешивалось в голове, окутывая сумеречной дремотой. Кэтрин и сама не заметила, как начала раскачиваться и переступать с ноги на ногу в такт движениям остальных.

Темп усиливался, люди входили в транс. В протяжные песнопения то и дело вклинивался пронзительный свист, который издавали танцоры, дуя в костяные свистки.

Но вот в какой-то момент музыка смолкла, и над плато повисла непривычная тишина. Танцоры замерли и посторонились, пропуская на площадку несколько человек. Кэтрин увидела Брайана, и ее сердце гулко заколотилось. Почти раздетый — в одной лишь набедренной повязке — он, спокойно и даже величественно шел в сопровождении двух мужчин. Его руки и плечи покрывала красная с белыми крапинами краска, распущенные черные волосы трепетали на легком ветру, а на груди висел украшенный перьями свисток.

У Кэтрин перехватило дыхание. Рослый, мускулистый, широкоплечий — Брайан казался индейским богом, сошедшим с небес на землю. Он шел, и его ноги словно не касались песка, а взор был обращен прямо к солнцу. Но вот его глаза скользнули по толпе, и когда он заметил Кэтрин, то его губы дрогнули в легкой улыбке.

Кэтрин словно обдало обжигающей волной. В глазах потемнело, она пошатнулась, и грохнулась бы на землю, если бы ее руку не стиснула миссис Смит.