Книга Альбигойский Крест. На Тулузу!, страница 93 – Виктор Бушмин

Но «крестьянин», который должен был испуганно упасть на землю и завопить от страха, и не думал делать это. Он быстро выхватил меч, спрятанный под сидением повозки, и тренированным ударом вонзил его в горло стражника.

Раймон захрипел, выронил копье, которое рыцарь ловко поймал на лету левой рукой, и, удивленно тараща свои белесые глаза, стал заваливаться на спину. Рыцарь правой рукой еще сильнее ткнул свой меч, вонзая его, как можно глубже в шею и горло, и смягчил звук падения тела, приняв нагрузку на свой меч. Он резко повернул голову и свистнул, подавая сигнал к началу атаки.

Стражники, услышавшие брань Раймона, медленно просыпались и выползали из караульного помещения, которое примыкало к задней стороне крепостной стены, шаркая ногами к воротам.

— Молодец… – коротко бросил через плечо Бушар де Марли, осматривая тело убитого стражника. – Один есть. – Он повернул голову и крикнул свой родовой девиз. – С Богом, дети мои! С нами Бог и Орел Марлей!!!

Группа выскакивала из повозок и бежала в открытую щель калитки, из которой уже успели выйти три стражника, опешившие от неожиданности.

Бушар, закинув щит за спину, рубанул переднего воина мечом-бастардом, быстро повернулся и проткнул колющим ударом второго катарского воина. Группа вломилась внутрь ворот и исчезла.

Ги де Леви выхватил рог и протрубил, отдавая приказ о начале массированной атаки. Он понимал, что Бушар и его горстка воинов могут не удержать ворота, потеряв фактор неожиданности. Лавина всадников выскочила из леса и понеслась к городским воротам большим и длинным клином. Впереди скакали два всадника – Ги де Леви и Жильбер де Клэр, увлекая огромную массу крестоносцев за собой. Ворота крепости уже отчетливо виднелись прямо перед ними, до них оставалась пара сотен метров. Трупы четырех стражников валялись в пыли, приняв причудливые и несколько неестественные позы, застыв в то самое мгновение, когда смерть забрала их души, положив начало большому кровавому пиршеству…

Гарсия прибежал к коменданту крепости и осторожно постучал в дверь его дома. Что-то кольнуло сердце Гарсии. Он вздрогнул, ожидая обычную утреннюю брань, которой полусонный комендант осыпал своих воинов, когда те осмеливались тревожить его сон раньше положенного времени. Засов скрипнул, издавая противный визжащий вой, мурашками прошедшийся по спине стражника.

«Орет, как резанный, – мелькнуло у него в голове, – а самому трудно приказать, чтобы засов и петли смазали! Вечно сует свой нос, куда не следует, любую соринку заметит, а у себя под носом, видите ли, ржавых петель не замечает…»

Дверь, скрипнув петлями, открылась, и на ее пороге возникла фигура крепкого мужчины лет сорока, на заспанном лице которого, окруженного коротко подстриженными седыми волосами, выделялся крупный нос и большие миндалевидные глаза.

— Дон Фердинанд, простите, тут, такое дело… – начал, смущаясь и краснея, шамкать губами стражник, то и дело, кивая головой в сторону ворот крепости, – обоз пришел. Правда, на удивление рановато…

Рыцарь протер кулаками глаза, зевнул и хотел, было, привычно обругать ретивого стражника, но вздрогнул и побледнел, услышав несколько ударов тревожного колокола, закрепленного над входом в казарму, находящуюся возле ворот.

— Черт! – Выругался он и, схватив меч, раздетый выбежал на улицу. Он ожег Гарсию своим колючим взглядом, стражник побледнел, съежился и втянул голову, ожидая внушительной оплеухи. Но рыцарь, плюнув себе под ноги, крикнул. – Беги, дурачина, к цитадели! Буди всех! Тревога! Нападение на крепость!!..