Онлайн книга «Альбигойский Крест. На Тулузу!»
|
Осажденные жители, среди которых находился и граф Раймон, с ужасом взирали на колоссальное строительство, разворачивающееся прямо перед ними возле стен и бастионов осажденной столицы мятежного края. Первого и второго октября крестоносцы блокировали все городские ворота, отрезав Тулузу от снабжения с севера, востока и юга, оставив лишь западный въезд, отделенный от лагеря широкой Гаронной, но и то, периодически сенешаль направлял через броды небольшие конные группы, трепавшие и громившие караваны, шедшие к осажденной столице графства. Подвижные заставы, расположившиеся возле ворот, организовали сигнальное сообщение, придумав специальные, только им одним известные, знаки, подаваемые факелами или зажженными кострищами. Ги решил, что настало время для скрытного, но рискованного, перехода к Сен-Феликс. Лагерь, в случае внезапной массированной вылазки, был ослаблен и, прекрасно отдавая себе отчет в том, что воины могу не продержаться, сенешаль приказал крестоносцам с боем отходить в укрепленный лагерь, бросить осадные машины и, если станет невозможным дальнейшее сопротивление, отходить к Авиньоне или Базьежу, который по данным конной разведки, совсем недавно покинули части, верные графу де Сен-Жиль. Крепость частично сгорела и не представляла теперь угрозу для крестоносцев. Но, чтобы выиграть время, пока отряды сенешаля смогут вернуться и спасти оставшихся воинов, она годилась. После нервного и напряженного совета, триумвират командиров решил отправить в Базьеж пятьдесят человек, которым поставили задачу любой ценой отремонтировать сгоревшие и упавшие ворота крепости. После этого, Ги оставил в лагере сто арбалетчиков, столько же пикинеров, сотню легкой кавалерии, составленной из оруженосцев и конюхов, и пятьдесят рыцарей. Этого, конечно, было недостаточно, но, поразмыслив, сенешаль разумно решил, что, если Бог позволит, и рейд на Сен-Феликс пройдет успешно, они смогут вернуться в лагерь к исходу вторых суток, максимум – на утро третьих. Бушар и Жильбер, пользуясь густым вечерним туманом и набегающими сумерками, тихо и со всеми предосторожностями вывели сотню рыцарей и двести легких кавалеристов из лагеря и скрытно увели их в лес, начинавшийся в непосредственной близости от лагеря. Сенешаль забрал с собой двести пикинеров и конных арбалетчиков, вошел в лес и быстро нагнал колонну, двигавшуюся по узкой лесной дорожке на Сен-Феликс. Армия, растянутая на этой извилистой лесной дороге, больше похожей на тропу, в этот момент была уязвима – рыцари и всадники сильно растянулись и ехали в колонну по двое. Юный англичанин Гуго де Арси, с трудом сдерживая внутренние переживания, ехал в голове колонны вместе с сенешалем де Леви. Ги краем глаза наблюдал за ним, с сочувствием переживая его мучения. — Итак, мой храбрый де Арси, – сенешаль склонил корпус к рыцарю, чтобы их было как можно меньше слышно, – именно эта тропинка нас выведет к городу и крепости?.. Гуго оторвался от своих мыслей, тряхнул головой и, посмотрев на Ги де Леви, ответил: — Да, мессир. Именно эта тропинка… — Хвала Небесам… – Ги похлопал его по плечу и, улыбнувшись, произнес. – Постарайся забыть, словно страшный сон. Со мной, Гуго, и не такое бывало. Но, если ты и дальше будешь себя грызть – недалеко и до греха… – Гуго тяжело вздохнул, грустно улыбнулся, вернее сказать, попытался выдавить из себя улыбку. Сенешаль подбодрил молодого рыцаря. – Верь, у тебя все будет прекрасно. Господь не оставит своих верных слуг… |