Книга Очаровательный повеса, страница 15 – Элизабет Хойт

Эва с огромным трудом сдержала улыбку и серьезно сказала:

— Спасибо, не надо, Жан-Мари. Я поговорю с мистером Хартом, если он соизволит сесть.

Владелец парка развлечений скорее рухнул, чем сел, на небольшой диванчик, и тот жалобно скрипнул под его тяжестью.

Эва кашлянула и обратилась к верному слуге:

— Будь добр, принеси еще одну чашку для гостя.

Тот нахмурился:

— А не лучше ли мне остаться здесь?

Как правило, Жан-Мари никогда не оставлял свою хозяйку наедине с мужчиной, но Эва не могла допустить и мысли, чтобы выказать перед мистером Хартом слабость. Даже если в действительности она нередко нуждалась в Жане-Мари, сейчас ей очень хотелось выглядеть сильной и уверенной в себе.

Эва вздернула подбородок.

— Полагаю, наш гость не собирается причинить мне вред, так что я справлюсь.

— Спасибо, что согласились меня принять, – быстро проговорил визитер, не упуская из виду громилу лакея.

Эва кивнула, потом спросила:

— Вы успели куда-нибудь зайти на ленч?

— Нет, мэм.

— Тогда передай Руфь, чтобы принесла еще один поднос, – распорядилась Эва.

Жан-Мари окинул незваного гостя мрачным взглядом, но вышел молча.

— Итак, что вы хотели мне сообщить, мистер Харт?

Она ожидала, что гость сразу же заговорит о деньгах, но он откинулся на спинку дивана, положил ногу на ногу, став похожим на ленивого льва, греющегося на солнце, и спросил:

— Вы очень быстро покинули парк. Что-то не так?

Эва сжала губы.

— Не терплю насилия в любом его проявлении. И, откровенно говоря, после утраты вами присутствия духа я не видела никакого смысла оставаться.

После их утренней встречи Харт успел переодеться: теперь на нем были темно-фиолетовые жилет и сюртук, но волосы оставались в полном беспорядке рассыпанными по плечам, придавая ему вид дикаря, которому не место в ее приличной гостиной.

— Что касается моей утраты присутствия духа… – Мужчина аж скривился. – Вы должны признать, что Шервуд заслужил то, что получил.

Эва не стала произносить вслух, что ничего ему не должна, но взглянула на своего гостя с откровенным любопытством.

— Вы всегда так решаете проблемы?

— Я из театра, – сказал он так, словно это объясняло его неучтивость. – Мы не так хорошо воспитаны, как люди, среди которых вращаетесь вы, зато куда более естественны.

Последнее относилось к женщине в его постели?

— Понимаю. – Эва сжала губы и уставилась на свои руки. – Вы, наверное, сможете найти другого сопрано, но будет ли у него голос, как у Джованни Скарамеллы? Слава этого певца привлекает толпы людей. Я могу понять, почему мистер Шервуд так старался заполучить его. Кто еще в Лондоне может брать такие высокие ноты?

— Возможно, никто, – согласился мистер Харт. – Но я могу поискать на континенте.

— Но даже если найдется, сможете ли вы открыться через месяц? – не стала спорить Эва.

Мужчина посмотрел на нее, но Эва не отвела глаз: оба знали, что это практически невозможно.

— Послушайте! – подался вперед Харт, упершись локтями в колени и стиснув ладони. – Вы бывали в театре и знаете, что это такое. У меня есть музыканты и танцоры, есть опера Фогеля: новая и, по моему мнению, одна из лучших, – есть Ла Венециано – Виолетта, которую вы видели сегодня утром, – самое известное сопрано в Лондоне. Мне нужен только ведущий кастрат.

Эва кивнула.