Книга Дражайший плут, страница 117 – Элизабет Хойт

Джеймс не стал ей говорить, что аристократические браки устраиваются отнюдь не потому, что кто-то кому-то «нравится»: некоторые иллюзии не стоит разрушать.

Феба осторожно встала, и Тоби кубарем скатился с ее колен. Тревельон тут же подскочил к ней и взял за руку, чтобы не упала.

— Агнес здесь? Мы ведь не все еще осмотрели.

Агнес вызвалась показать ей поместье, которое Тревельон и так знал как свои пять пальцев, однако стоило ему заикнуться об этом, как Феба больно толкнула его локтем в ребро.

Он взглянул на племянницу.

— И что же у нас осталось?

— Камень на пустоши, — с жаром воскликнула Агнес. — С него видно на многие мили вокруг, а ветер просто сбивает с ног!

— Я сам займусь лошадкой, — бодро сказал старый Оуэн, немедленно приступая к делу.

Тревельон мрачно посмотрел ему вслед. Не хотелось огорчать Агнес, однако почва на пустоши была неровной, с травянистыми кочками и куртинами жесткой травы. Не лучшее место для пешей прогулки.

— Леди Феба там может упасть. Лучше найти другое место для прогулки.

Агнес выпятила нижнюю губу.

— Да, но…

— Джеймс, все-таки позвольте мне! — попросила Феба, дотронувшись до его руки. Впервые она назвала его по имени в присутствии посторонних. — Я хочу узнать, что такое вересковая пустошь.

— А я хочу, чтобы вы оставались целой и невредимой, — проворчал Тревельон.

— Даже если и упаду — это же не конец света! — Феба ослепительно улыбнулась. — Ну что это за жизнь, если время от времени не падать?

Даже сама мысль, что она может пораниться, казалась ему невыносимой. Он скорее отрубил бы себе палец.

— Пожалуйста!

Одно-единственное слово и умоляющий взгляд, точно стрела пронзили его сердце.

— Ну ладно, пойдемте.

— Ура! — крикнула Агнес, а Тоби залаял как сумасшедший. — Тогда нам туда.

Тревельон пошел следом за племянницей, одной рукой тяжело налегая на трость, другую руку протягивая Фебе. Не очень-то надежный из него спутник на болоте: того и гляди сам рухнет.

Агнес вывела их за калитку на пастбище, а затем и на вересковую пустошь. Трава здесь была по колено и вся покрыта крошечными желтыми цветочками.

Ветер принес запах соли и моря. Агнес не преувеличила — видно было на многие мили вокруг. Голубое небо казалось бесконечным куполом, который обнимал весь мир. Тревельон вдохнул полной грудью и улыбнулся, глядя на Фебу, которая запрокинула лицо навстречу солнцу. Они продолжали карабкаться вверх, пока не вышли на обширную плоскую площадку, где из земли там и сям торчали серые валуны.

Феба обернулась к Джеймсу.

— Можно, я немного пройду сама? Хотя бы несколько шагов? Я знаю, что вам не всегда нравится то, чего хочется мне, но я буду очень осторожна.

Тревельон хотел было возразить, но не смог. Он прекрасно знал, что Феба мечтает о свободе, а его работа заключалась в том, чтобы держать ее в клетке.

Но ведь герцога здесь нет, а кроме того, Тревельон больше не считал, что единственный способ оградить Фебу от опасности — это не давать ступить ей ни шага самостоятельно.

Возможно, Феба права и время от времени просто необходимо спотыкаться и падать, чтобы чувствовать себя живым.

Он хотел, чтобы Феба жила, поэтому, глубоко вздохнув, кивнул:

— Хорошо.

И тогда Феба осторожно отпустила его руку и сделала шаг, остановилась, глубоко вздохнула, подставила лицо солнцу и широко развела руки, как парящая в небе чайка, прежде чем решиться на следующий, а потом на еще один… Но тут она споткнулась и упала.