Книга Незримые тени, страница 97 – Дея Нира

Мужчина ощутил небольшой прилив сил от этой маленькой победы. Вот так, шаг за шагом он избавится от этого коварного наваждения. Пока не увидит, что жена полностью подчиняется ему, ни за что не простит ей свою прежнюю слепую покорность.

Он хотел навсегда стереть с ее лица то неуловимое выражение бесконечного превосходства, которое София всегда демонстрировала.

— Нравится унижать меня? – ее голос зазвенел от ярости.

Кажется, о покорности пока речи не шло. Но он ничего не собирался ей объяснять. Чтобы жена стала кроткой, надо довести ее до черты, до отчаяния. Она должна устать бороться. Настанет и его черед быть снисходительным.

София не знала, что и думать. Отталкивая ее, он провоцировал обратное действие. Теперь она знала наверняка, что не отступится, пока не добьется того, что муж приползет к ней на коленях.

Сильный Антоний еще станет умолять о прощении. Она пообещала себе это еще в тот день, когда он оттолкнул ее. Конечно, она простит его, но не сразу.

София старалась ничем не выдать своей боли, которая настигала ее, как волна.

В детях она должна черпать свою силу. Они ее поддержка и смысл жизни. А муж вернется, как только поймет истинное положение вещей. София убедила саму себя, что в браке случается всякое и теперь настал час испытаний, который они обязаны выдержать с честью. Правда, даже не догадывалась, отчего на самом деле муж так переменился к ней.

Ей стали снится сны, тревожные и беспощадно гнетущие. Становилось страшно, пока она бродила в лабиринте, не находя выхода, а где-то вдалеке раздавались детские крики. Иногда ей снилось зарево пожара и мертвые лошади, молодая женщина просыпалась и долго не могла уснуть. Хотелось побежать к Антонию, прижаться к нему и рассказать, как он нужен ей. Но потом в ней говорила другая София, самоуверенная и гордая, которая заставляла лечь обратно в постель и не предпринимать никаких шагов к примирению.

Иногда, стоя у маленьких кроватей в ночной тиши, она вглядывалась в детские лица и все отчетливее видела в них черты Антония.

Дети спали, раскинув ручки в разные стороны или подложив кулачки под пухлые щеки. Она проводила пальцами по их волосам, гладила по спине, а беспокойные мысли будоражили ее. Что, если дети подрастут и так же покинут ее? Причинят боль? Подвергнут сомнению все, что для нее важно?

София поправляла их одеяльца и шептала, что она-то уж точно их не покинет. Пусть обрушится все вокруг, но она не позволит погибнуть своему миру. Он останется для нее одной, и она пожертвует всем и всеми, ради его спасения.

В этом году весна пришла гораздо раньше, чем рассчитывали жители острова.

Снег исчез в одночасье, словно по волшебству, обнажив черную землю, голые деревья и кустарники. Отовсюду брызнула яркая и сочная зелень, даря надежду и особую радость, которая приходит каждый год, стоит зиме отступить.

Даже сейчас, когда Деметрий настоял на том, чтобы нанять помощницу по дому Урсулу, Марина все равно вставала рано. Она привыкла к тому, что Деметрий не ночует в их общей постели, так как часто засыпает в лаборатории на кушетке. Знала, что муж любит, когда она приносит ему горячий кофе и хрустящие тосты утром.

Ей это ничего не стоило. Напротив, она чувствовала, что делать его счастливым – ее призвание. По-прежнему хотелось угодить ему, понравиться, видеть благодарность за ее искреннюю любовь.