Книга Незримые тени, страница 100 – Дея Нира

Это был не вопрос. Она перевела на него взгляд. Ее густо накрашенные ресницы затрепетали, и часть краски немного осыпалась на веки. Деметрию захотелось взять сестру за руку и увести отсюда, туда, где не будет всех этих людей.

— Перестань, – она слабо улыбнулась. – Тебе сейчас нужно не обо мне беспокоиться.

— Но я не могу не беспокоиться. Я чувствую, нет, знаю, что тебе плохо. И предпочел бы, чтобы ты рассказала об этом сама.

София посмотрела на опустевшее дно бокала и протянула его брату.

— Будь так добр, налей еще.

Деметрий помедлил, затем взял бокал и наполнил его.

— Не в моих правилах читать нотации, но я не позволю тебе страдать. Где твой муж?

София скривилась.

— Он… занят. Слишком много работы. Впрочем, как и у тебя. Не так ли?

Он встретил ее упрекающий взгляд и чуть не застонал: в его глубине читалась невыразимая боль. Как же он мог упустить это?

— Прости меня… прости…

Ему хотелось упасть на колени и прижаться головой к ногам сестры. Ее одиночество показалось ему гораздо страшнее его собственного.

— Перестань, – повторила она. – Не смотри так, будто я безнадежно больна.

— Почему ты не пришла ко мне сразу?

София поставила пустой бокал на стол.

— Не знаю, что ответить. Все еще думаю, что смогу разобраться сама.

— Что он делает с тобой?

Деметрий чуть не выкрикнул эту фразу. Гости стали оглядываться. Он тут же понизил голос.

— Прошу тебя, – зашептала она. – Не здесь.

Сестра подняла голову и натянуто улыбнулась, пытаясь вернуть себе царственное выражение.

— На самом деле, не все так уж и плохо. Просто…

Ее зрачки вдруг расширились, и она схватила его за руку.

— Ты любишь меня?

Этот вопрос вызвал у него головокружение. Ему даже пришлось опереться о край стола, чтобы не потерять равновесие. Как она может спрашивать такое? Неужели это не очевидно?

— Ты знаешь, что люблю. Ведь ты моя сестра.

Молодая женщина кивнула, расправляя складки на платье. Когда София снова посмотрела на него, он заметил переливающиеся капли на ее ресницах.

— Мне давно такого не говорили.

Деметрий ощутил, как в нем поднимается черная волна. Все исчезло вокруг, кроме них, кроме нее. Она сидела в кресле, поникнув, словно прекрасный цветок, который увял, когда его срезали и забыли поставить в воду.

— Если хочешь, бери детей и переезжай к нам. Места хватит всем. Обещаю, мы будем счастливы.

Она снова улыбнулась, но покачала головой.

— Еще слишком рано сдаваться. Я не готова отступить.

— Отступить от чего? Если он обижает тебя, позволь мне хотя бы поговорить с ним, он не посмеет…

— Деметрий, хватит. Прошу тебя. Мне лишь нужна моя семья: мой муж и мои дети, мой дом. Понимаешь?

Они смотрели друг на друга со смесью разочарования, тоски и тревоги.

— Как же мне помочь тебе тогда?

— О, – София встрепенулась, словно приходя в себя. – Налей мне еще вина.

Ему пришлось подчиниться, хотя вовсе не хотелось этого делать.

— Выпью за тебя, твоего ребенка и твою жену. А вот и она, кстати. Нет, правда, Марина похорошела. Ты должен был это заметить.

Сейчас София снова становилась похожа на саму себя: зазвучали игривые нотки и показались ямочки на щеках. Но затравленное выражение в глубине глаз осталось, хотя она отчаянно постаралась его спрятать поглубже.

Марина тем временем давно наблюдала за ними. Она тоже хотела казаться веселой, но увиденное мешало ей. Как же разобраться во всем этом?