Книга Благовест, страница 106 – Алиса Клима

— Полина! – вскрикнул Денис. – Прошу тебя! Опусти оружие!

— Стоять всем! – закричала Полька. – В угол! В угол!

Мужчины стали отходить в угол, а Полька, не сводя с них ствол, подвинулась к двери и вышла задом в кухню. Так и пятилась, чтобы никто не смог схватить ее при отступлении.

— Всем оставаться на местах! – выкрикивала она, двигаясь к выходу.

Валька спряталась за стол и стояла там на карачках. В момент, когда Полька уже пыталась открыть спиной входную дверь, дверь распахнулась сама.

Полька не успела понять, что произошло: так быстро кто-то успел и выхватить оружие, и втолкнуть ее обратно в кухню с такой силой, что она повалилась боком на стол, с которого на Вальку посыпались с грохотом чашки. Валька завизжала, а мужчины выскочили из гостевой спальни.

— Когда научишься обращаться с оружием?! – крикнул Ларионов, бросая через комнату винтовку Паздееву.

Правой рукой он выхватил револьвер из кобуры, а левой схватил тщедушную Польку за локоть и прижал к себе. Потом щелкнул курком и вместе с Полькой приблизился к Корабельникову.

— Что ты собиралась сделать, Курочкина?! – заревел он у нее над ухом, и она невольно съежилась. Но Ларионов подтянул ее за локоть сильно и жестко. – Хотела убить Корабельникова из-за Гришки? – продолжал он, потряхивая ее. – Вот так?

Он вдруг приставил практически к виску Корабельникова «кольт», и Валька совсем легла на пол, закрыв голову руками, а Паздеев отпрянул, замерев. Губы Корабельникова плотно сжались. Полька зажмуривалась и дышала, как загнанный заяц.

— Так, я спрашиваю?! – встряхнул ее Ларионов. – Хочешь, я сам это сделаю?

Полька издавала странные звуки, похожие на скулеж. Она готова была рухнуть на пол, но Ларионов крепко держал ее, прижав к себе свободной рукой.

— Это решит твою проблему? – Он снова тряхнул ее, не отводя дула от виска Корабельникова. – Меня не посадят. Я – комиссар НКВД. Станет на земле одним сиделым меньше – переживем!

— Не-ет, – завыла вдруг Полька. – Господи, отец всемогущий…

Ларионов отпустил ее, и она рухнула на пол. Он быстро спрятал «кольт» в кобуру.

— Паздеев, на вахту, – сухо бросил он.

— Есть! – Паздеев, бледный и изможденный, бросился из дома, провожая взглядом Польку, все еще враскорячку сидящую на полу.

Опомнившись, Корабельников начал неуклюже ее поднимать. Ларионов прошел мимо все еще прижимающейся к полу Вальки, взял кувшин с водой и поставил на стол, затем вытащил из буфета стаканы.

— Валентина, хватит в окопе отлеживаться, – сказал он спокойно и присел. – Марш за Федосьей. А вы – сюда. – Ларионов кивнул, приказывая Корабельникову и Полине присесть напротив.

Валька мгновенно вскочила и умчалась подальше от греха.

— Ну, – протянул Ларионов, наливая воды Корабельникову и Польке, – что будем делать? Хочешь, я отправлю его отсюда, и он не увидит сына? – спросил он Польку, отпивая воды. – И вы пейте. Хватит пялиться.

Ларионов, видя, что вода не имела успокоительного действия, плеснул беднягам коньяка и приказал выпить до дна.

— Ваши доктора только мертвым припарки умеют делать.

Он вальяжно уселся на место и подождал, пока все наконец успокоятся.

— Я задал вполне внятный вопрос, Курочкина, – твердо сказал Ларионов, наблюдая, как Польку сразу расплющило крепким алкоголем. – Что прикажешь делать с товарищем Корабельниковым – мужем покойной Ларисы Ломакиной и отцом Григория Ивановича теперь уже, как мы знаем, Корабельникова?