Книга Леди-чертовка, страница 118 – Лиза Клейпас

— Неважно, сколько ты здесь пробудешь. Я рада, что ты со мной.

Уэст прижался лбом к ее лбу, и ее губы обжег его шепот:

— Господи, а я-то как рад!

В последующие дни весь обыденный распорядок в особняке Клэр взорвало присутствие мистера Рейвенела: шаги его тяжелых ботинок на лестнице, его звучный голос и раскатистый смех. Он гонялся по коридорам за счастливо визжавшими мальчишками, отправлялся с ними на прогулку в парк, откуда они приносили на подошвах грязь и мелкие камешки, обследовал каждый уголок в доме, познакомился со всеми слугами, причем всем задавал бесчисленные вопросы. Очарованные его живым юмором и приветливостью, слуги охотно прерывали работу, чтобы сообщить ему все, что он хотел знать. Старика садовника Уэст покорил своими познаниями о погодных явлениях и способах защиты от гусениц. Кухарке льстил его здоровый аппетит. Только вот няня Брейсгердл самозабвенно читала ему нотации за то, что позволил Джастину бегать по лужам после дождя и тот погубил свои новые ботиночки.

Однажды после обеда Феба отправилась на поиски Уэста и обнаружила его в фигурном саду: он подстригал деревья, за которыми никто не следил с тех пор, как у старого садовника разыгрался ревматизм. Остановившись на пороге перед раскрытыми французскими дверями, она с рассеянной улыбкой наблюдала за этой картиной. Уэст, взобравшись на деревянную лестницу, под руководством садовника, стоявшего внизу, подстригал ветки.

— Ну как тебе? – крикнул он Джастину, который внизу собирал обрезанные сучья и ветки в кучу.

Мальчик критически осмотрел крону дерева.

— Похоже на репку!

— А я ясно вижу утку! – возразил Уэст. – Смотри: вот туловище, вот клюв.

— У нее нет шеи. А если у утки нет шеи, как же она будет крякать?

— С этим не поспоришь, – вздохнул Уэст и опять взялся за стрижку.

Улыбнувшись, Феба скрылась в доме, но эта картина так и стояла у нее перед глазами: Уэст подстригает любимые деревья Генри, шутит и смеется с его сыном.

Слава богу, Джорджиана уехала на зиму: как бы она негодовала из-за того, что присутствие Уэста уничтожает в доме последние следы траура! Нет, Генри не был забыт, но воспоминания о нем больше не связывались с мраком и скорбью. В особняке Клэр по-прежнему чтили его память, но теперь здесь ощущалось веяние новой жизни. Никто и ничто не заменит Генри, но теперь Феба ощущала, что в ее сердце хватит места для новой любви. Да и не могло быть иначе.

По утрам Уэст вставал рано, съедал сытный завтрак, а затем отправлялся к кому-нибудь из арендаторов. В первый день Феба поехала вместе с ним, но скоро стало ясно, что ее присутствие стесняет арендаторов: с ней они держались чересчур почтительно, нервничали и не могли говорить откровенно.

— Как я ни наслаждаюсь твоим обществом, – заметил Уэст, – но придется тебе позволить мне разговаривать с ними наедине. Много лет они не общались напрямую ни с кем из Ларсонов, и теперь ни за что не станут говорить свободно в присутствии хозяйки поместья.

На следующий день, когда он выехал один, результаты оказались куда лучше. Уэст встретился с тремя крупнейшими арендаторами в поместье: они поделились с ним различной ценной информацией и пролили свет на одну из загадок бухгалтерии.

— У твоего поместья любопытная проблема, – заметил Уэст, вернувшись после обеда и обнаружив Фебу в зимнем саду с котятами. Все утро он ездил верхом и бродил по полям, однако был полон энергии. От него пахло осенней свежестью, потом, почвой и лошадью – не слишком романтичное, но чудесное сочетание.