Книга Леди-чертовка, страница 116 – Лиза Клейпас

— Феба! – прервал ее мысли Уэст. – У тебя имеются другие финансовые документы? Особенно меня интересуют банковские книжки и чеки.

Она покачала головой, глядя, как он роется в стопке папок на столе.

— Нет, это все, что у нас есть.

— Тогда, может быть, что-то осталось в конторе Ларсонов?

Она нахмурилась.

— Дядя Фредерик заверил меня, что здесь собраны все материалы, относящиеся к поместью. А почему ты думаешь, что чего-то не хватает?

— Ты что-нибудь знаешь о займе, который выделила вам два с половиной года назад компания по предоставлению ссуд под залог земель и иной собственности?

— Боюсь, мне об этом ничего не известно. Большой займ?

— Пятнадцать тысяч фунтов.

— Пятнадцать… – повторила Феба, широко распахнув глаза. – А на какие цели?

— На благоустройство земель. – Уэст внимательно всмотрелся в ее лицо. – Ларсон это с тобой не обсуждал?

— Нет.

— Заем был взят в счет будущего наследства Джастина.

— Ты уверен?

— Вот экземпляр соглашения о займе.

Феба вскочила со стула и поспешила обогнуть стол, чтобы взглянуть на документ у него в руках.

— Это было вложено в гроссбух, но, похоже, информация не заносилась в книги должным образом. И данных о выплате ссуды я тоже не могу найти.

Феба растерянно скользила глазами по строчкам документа.

— На двадцать пять лет… под семь процентов…

— Эта ссудная компания была учреждена особым парламентским актом, – пояснил Уэст, – для помощи землевладельцам в сложном положении. – Он бросил на документ хмурый взгляд. – В обычном банке можно было взять заем под четыре с половиной процента.

Феба между тем рассматривала страницу, на которой стояла подпись Генри.

— Он подписал это за неделю до смерти.

Ее вдруг затошнило, и она приложила руку к животу.

— Скажи, а он тогда был в полном сознании и рассудке? – спросил Уэст. – Мог ли подписать что-то, не понимая, что подписывает?

— Нет. Он много спал, но, когда просыпался, был вполне в здравом уме. Незадолго до смерти он попытался уладить свои дела, так что у нас был поток посетителей – и управляющие, и поверенные, – хоть я и старалась их не пускать, чтобы он мог отдохнуть. Не знаю, почему он ничего не сказал мне об этом займе. Должно быть, не хотел, чтобы я тревожилась. – Она отложила документ и поднесла дрожащую руку ко лбу, явно расстроившись.

Уэст повернул ее лицом к себе:

— Послушай, когда речь идет о благоустройстве земель такой площади, это вполне разумная сумма…

— Дело не в сумме, – растерянно сказала Феба. – Просто так неожиданно… этот заем выпрыгнул на меня, словно тролль из-под моста! Генри должен был понимать, что я обращу на него внимание, если начну управлять поместьем… Только… только он не предполагал, что я буду сама управлять поместьем, верно? Думал, что я все отдам в руки Эдварда. И так я и сделала – на целых два года! Ни за что не взяла ответственность! Как же я теперь зла на себя! Как можно было быть такой дурой, такой беспечной…

— Не вини себя. – Уэст мягко обхватил ее лицо ладонями. – Ты берешь ответственность прямо сейчас. Давай выясним факты, а потом ты решишь, что делать. Для начала нам понадобится доступ к информации о расходах и к отчетам ссудной компании.

— Не уверена, что это возможно, – нахмурилась Феба. – Хотя опекуном Джастина по закону являюсь я, душеприказчик Генри и распорядитель финансового фонда Джастина – Эдвард. И очень сомневаюсь, что он захочет показывать мне эти записи и отчеты.