Книга Изгнание, страница 47 – Елена Бауэр

За пару недель до визита к Победоносцеву Павел еще раз встречался с Ники и вновь просил его сжалиться над своей несчастной долей. Император, выслушав все те же доводы и вновь выказав сочувствие, еще раз отказал. В заключение он на всякий случай напомнил, какое наказание полагается члену императорской семьи за морганатический брак. Вообще, обмен уже не раз озвученными доводами начинал Царю докучать. Лучше бы Павел занялся делом. Столько вокруг областей, куда хорошо бы применить свои старания, а он мается какой-то чепухой. Ладно бы только сам сделался героем кафешантанного водевиля, так он и всех туда пытается затянуть. Все это так глупо и не вовремя. Сейчас, во время новой волны беспорядков, семья должна была бы сплотиться, показать единство и незыблемость императорского дома, но нет, любимому дяде взбрело в голову раскачивать устои изнутри.

Приблизительно такого же мнения был и старик Победоносцев. Николай Петрович и сам, как человек верующий, многие годы занимающий должность обер-прокурора Святейшего Синода, не мог одобрить поведение Великого Князя, так еще и получил от Императора четкое указание развода Пистолькорсам не давать. Похоже, только Павел не догадывался о бессмысленности прошений и безысходности всего этого сомнительного предприятия.

— Такие дела ведутся тихо и скромно, а ведь Ваша связь была въявь перед всеми, а в последнее время происходила совсем открыто. Дело велось крайне неблагоразумно. Ведь знаете ли Вы, что нынче осенью Пистолькорс являлся к друзьям своим с сияющим лицом, что, к радости его, жена его выходит за Вас и будет развод? Об этом все говорили – и извозчики, и лакеи в Царском Селе, – аргументировал свой отказ Победоносцев.

— Не может быть! – Павел не подозревал, сколько внимания было привлечено к его скоромной персоне. Больше всего его раздосадовал Пистолькорс. Он оказался еще глупее, чем думал Пиц. Или же он делал это намеренно? Церковь освобождала от уз брака только обманутого супруга, изменщик же обрекался за прелюбодеяние на всегдашнее безбрачие. При такой огласке Ольга никак не могла получить развода. Положа руку на сердце, вина в том была не только ее болтливого мужа. Великий Князь и сам не особенно усердствовал, скрывая свой роман, сначала потому, что не считал это увлечение чем-то серьезным, а потом было уж поздно.

— Про дом в окрестностях Берлина, где вы с нею открыто проживали, немало шокируя немецкую публику, в салоне известной генеральши болтали весь сезон. А затем Ольга Пистолькорс, вернувшись из-за границы, начала наносить визит тем дамам, к кому раньше являться не смела. И самое главное, правду ли говорят, что Володя – Ваш сын?

— Да, это правда, – подтвердил Павел с видом кающегося грешника.

Победоносцев только развел руками, одним жестом показывая и свою крайнюю фрустрацию, и обреченность всего дела.

— Зачем же она так его выставляла, наряжая в Ваши цвета?

— Но что же теперь делать? От меня все отвернулись! Все, даже брат…

— Это оттого, что он сильно Вас любит и переживает. Вы так много напоказ делали, но брату ни слова о том не говорили до последнего времени. Разве не так?

— И это правда, – грустно согласился Павел.

— Когда меду близкими людьми встает ложь, она искажает все чувства… И как бы Ваш брат мог Вам помочь, если Вы не желали посвящать его в свои дела?