Книга Встать на ноги, страница 75 – Константин Борисов-Назимов

— Ни словом, хочешь, перекрещусь! — приложил я руку к груди и сделал как можно невиннее взгляд.

Боюсь, последнее удалось не очень хорошо, в глазах Насти появилась настороженность, и та задумчиво произнесла:

— Чувствую подвох, но не понимаю, где он. Господин Голицын, кстати, а куда это мы направляемся?

— Вениамин Степанович, тебе слово, — кивнул маклеру, перекладывая на него бремя пояснений, чем в ближайшее время займемся.

Надеюсь, Настя втянется в работу, к которой предрасположена и позабудет о некоторых настороживших ее моментах. А тем временем, господин Сидорчук вещает о том, что я, открывая типографию, которая будет печатать собственную иллюстрированную газету, при этом часть картинок обязательно будет цветной. Технологии позволяют, первые попытки газетчиками предпринимались, но остались лишь карикатуры, да реклама.

— Проблема в себестоимости и реализации, все желают получать прибыль, а господин Голицын собирается работать в убыток, — произнес Вениамин Степанович, при этом в его интонациях нет осуждения и непонимания, а заинтересованность. — Не понимаю этого, так и разориться недолго, несмотря на то что шараболл отлично продается и, уверен, прибыль льется рекой.

Я мысленно усмехнулся, но комментировать не стал. Поток денег на банковский счет и впрямь немалый, но хотелось бы больше, тогда быстрее развернусь.

— В зависимости как долго вести такой бизнес в минус. Если нет кредита, то подход интересный. Он же в том, чтобы завоевать рынок, приучить читателя к красивой картинке и заставлять его покупать газету, почти не выбирая среди конкурентов, — вслух стала размышлять Настя, а потом посмотрела на меня: — Правильно говорю?

— Да, за тем исключением, что наполнение должно отвечать обложке, иначе ничего не получится, — подтвердил я.

— Этого сложно добиться, — нахмурилась госпожа Исаева.

— Ошибаешься, издатели прессы застряли на одном уровне, не вкладывают средства ни в новое оборудование, ни в заинтересованность распространителей. Мы же введем прогрессивную отгрузку со склада, чем больше распространитель возьмет, тем дешевле ему обойдется один экземпляр, — продолжил я приоткрывать намеченную стратегию.

— Не ново, — буркнула Настя, подумала и кивнула: — А ведь может получиться, и за полгода…

— Два месяца, не больше, — перебил я ее.

— Это невозможно, — покачала та головой.

— Посмотрим, — хмыкнул я. — Госпожа Исаева, перед тобой такая задача — проверить все бумаги, представленные продавцом. В договоре обращай внимание на каждую мелочь, не бойся уточнять и указывать на неоднозначное толкование.

— Поняла, не волнуйтесь Михаил Юрьевич, понимаю, что не просто так меня к этому привлекли, у вас каждая пара рук на счету, — задумчиво ответила девушка.

Так, отлично, можно выдохнуть, Настя не злится, от обиды и следа не осталось. А судя по контуру вокруг девушки, то та уже в предвкушении начать работу.

Мы приехали на склад, там нас уже дожидался продавец, со своим помощником. Осмотр ящиков занял на удивление много времени. Казалось бы, пройдись мимо, сверь маркировку с таможенными бумагами и договором, дел на десять минут. Но, нет, госпожа Исаева потребовала вскрыть несколько ящиков. Докапывалась до каждого символа, если тот плохо читался. А еще она потребовала заключить дополнительные соглашения. Настояла, что груз будет считаться переданный нам только когда он окажется на территории, которую сообщим. И не важно, будет ли это другой склад или подготовленное помещение для типографии. Доводы приводила разные, некоторые из них мне бы и в голову не пришли. Закончили около четырех после полудни. Вымотались, проголодались, а продавец заявил, что с такими придирчивыми покупателями сталкивается впервые. При этом он уважительно на Настю посмотрел и сказал: